Гамбит принца

Милый маленький Аймерик выдаст нам все, что знает, и, когда я вырву у него все до последнего слова, может быть, отправлю то, что останется, своему дяде.

Дэмиен открыл рот, чтобы ответить, но Лорен оборвал его резким приказом сопровождению:

— Я велел вам вывести его отсюда.

И, пришпорив лошадь, он проехал мимо Дэмиена на ступени помоста, где соскочил с лошади одним плавным движением, и направился в комнату Аймерика.

Дэмиен оказался лицом к лицу с Йордом. Ему не нужно было смотреть вверх, чтобы определить положение солнца.

— Я собираюсь остановить его, — сказал Дэмиен. — Что ты будешь делать?

— Уже полдень, — ответил Йорд. Слова прозвучали грубо, как будто они царапали его горло.

— Я нужен ему, — сказал Дэмиен. — Мне плевать, даже если ты расскажешь всем.

И он направил свою лошадь мимо Йорда, на помост.

Спешившись, как сделал Лорен, Дэмиен бросил вожжи ближайшему солдату и последовал за Лореном в форт, поднимаясь через две ступеньки за раз. Солдаты, охранявшие Аймерика, расступились перед ним без лишних вопросов, дверь уже была распахнута.

Он резко замер, как только шагнул в комнату.

Внутри, разумеется, было красиво. Аймерик не был солдатом, он был аристократом. Он был четвертым сыном одного из сильнейших Виирийских пограничных лордов, и его комнаты соответствовали его положению. В комнате были кровать, софа, мозаичная плитка и высокое окно в форме арки с широким подоконником, обложенным подушками. В дальнем конце комнаты стоял стол; Аймерику давали еду, вино, бумагу и чернила. Ему даже давали чистую одежду. Это было внимательное обращение. Он сидел за столом не в перепачканной нижней рубашке, которую надевал под броню. Он был одет, как придворный. Он вымылся. Его волосы выглядели чистыми.

Лорен замер в двух шагах от него, все очертания его тела были неподвижны.

Дэмиен заставил себя пройти вперед, пока не встал рядом с Лореном. Только его движение нарушило тишину комнаты. Частичкой разума Дэмиен заметил небольшие детали: разбитое стекло в левом нижнем углу окна; недоеденный с прошлого вечера кусок мяса на тарелке; кровать, в которой не спали.

В башне Лорен ударил Аймерика по правой стороне лица, но сейчас правая сторона лица была скрыта его позой — взъерошенная голова покоилась на плече — так что все, что видел Дэмиен, было нетронутым. Не было опухших глаз, или поцарапанных скул, или запачканного кровью рта — только ровные очертания профиля Аймерика и осколок стекла из разбитого окна, лежащий рядом с вытянутой рукой.

Кровь пропитала его рукав, протекла на стол, с которого пролилась на плиточный пол; но она была запекшейся.