Ребус Галла

В конце концов решила, что почудилось, и убрела прочь, однако дикарь еще долго дышал через раз, стараясь производить как можно меньше шума. Причина-то была весомая. И рослая. «Лунатик», одним словом.

— Умоляю! Сжальтесь надо мной! Мне нужна ванна… Горячая ванна! Если можно, с морской солью! Я прошу вас…

Голос звучал совсем тихо, а потому Иголка рискнул вылезти из-за грубой каменной скульптуры, за которой прятался последние сорок минут, и оглядеть комнату, в которой оказался.

— Ха! На этот раз мне повезло.

Хотя что считать везением?

Говорят, пьяная удаль куда хочешь заведет. Иголку, к примеру, она завела глубоко под землю.

Увлекшись преследованием големов, дикарь бесстрашно спустился за ними в подвал какой-то стройки (какой именно, боец не разобрал — не до того было), потом в другой подвал, глубже, а потом — в какой-то странный проход. Настроение Иголки стремительно улучшалось, он догадался, что подвал и есть конечный пункт назначения одичавших кукол, а значит, его миссия, считай, исполнена. Скоро выяснится, где ничейные големы хранятся и зачем. А потом будет звонок кому-нибудь, кому это надо, и получение премии. Мысли о деньгах вытеснили из головы дикаря даже инстинкт самосохранения, не говоря уже о привычной трусости, в смысле — осторожности, и лишь когда за спиной бесшумно вернулась на место тяжеленная плита, закрыв выход на волю, боец понял, что влип, и впал в панику.

Минут двадцать, напрочь позабыв о големах и награде, Иголка выл и царапал плиту. Сначала ятаганом, потом ножом, потом ногтями. Переломав и то, и другое, и третье, пытался бить негодную ногами и проклинать. Напрасно. Не сумев перебороть тоску, упал без чувств. Очнулся, озаренный гениальной идеей, и принялся искать вокруг плиты потайные кнопочки, рычажки или ручки. Не найдя, вернулся к бессмысленному вою, но, на свое счастье, сумел сквозь собственные вопли услышать тяжелые шаги приближающегося голема. С этого момента приключения дикаря представляли собой короткие перебежки из зала в зал.

— Это что, квартира Спящего, мля? — Иголка огляделся, подумал, решил, что в квартире создателя Вселенной однозначно должен плескаться бассейн с виски, и снизил притязания: — Я в раю. Я в раю, мля!

А в следующий миг зажал рукой рот и лихорадочно огляделся: не услышал ли его какой-нибудь блуждающий голем? Или та дура? Или еще кто-нибудь? Продолжая на всякий случай удерживать нижнюю челюсть в верхнем положении, Иголка на цыпочках прокрался к выходу — двери в подземелье отсутствовали — и осторожно выглянул в коридор. Тишина. Кажется, пронесло.