Врата Галактики

Код операции – «Pro aris et focis», в переводе с латинского – «За алтари и очаги». Не знаю, какой умник это придумал, но звучит хорошо.

В салоне повисла тишина. Девять пар глаз уставились на Командора с напряженным ожиданием, но он не спешил продолжать. Чтобы подчиненные осознали дерзость замысла, требовалось время.

Наконец Оскар Чен, капитан «Джинна», спросил:

– С какими силами идем, коммодор? В составе флота?

– Нет, Оскар, только мы. Семь кораблей.

Чен почесал шрамы на шее, под левым ухом.

– Оригинальный способ самоубийства… Как мы минуем боевые порядки дроми? Или в Штабе полагают, что у жаб случится спячка?"

"Командор вызвал запись, и на экране за его спиной повис огромный шар Юпитера. Красное Пятно в умеренной широтной зоне заглянуло в салон точно пылающий зрак циклопа. Правее Юпитера виднелся тусклый диск Европы, а рядом с ним угадывалась едва заметная черточка – корабль лоона эо.

– Мы пройдем тоннелями даскинов. Вход здесь, – Олаф Питер развернулся и ткнул в Красное Пятно, – а выход – у газового гиганта в системе противника. Мы окажемся во внутреннем пространстве, за линиями обороны, и атакуем вражескую метрополию. Но не только ее – там есть две технологические планеты, шахты на астероидах и семь боевых сателлитов на периферии. Всю информацию об этом я загрузил в АНК.

– Источник сведений? – прищурилась навигатор Блисс. Эта женщина любила точность и доверяла лишь Звездному атласу, да и то не всегда.

– Дополнение, присланное мне вместе с приказом Штаба, – сообщил Командор. – Недавно у Файтарла-Ата побывал разведчик. Удалось определить количество планетных тел и оборонительных сооружений, а также элементы их орбит. Ваша задача, навигатор: возьмите эти данные и рассчитайте дистанции от точки финиша до планет-целей.

– Через какой период времени, коммодор?

Олаф Питер поднял глаза к потолку.

– Дьявол знает! Ну, скажем, через десять стандартных суток…

Навигатор вызвала панель и погрузилась в вычисления. Паха, капитан «Одина», отхлебнул кофе из крохотной чашки, неодобрительно поморщился и произнес:

– Надо бы коньяка долить. Есть на этом корабле коньяк? А лучше бы ром с Ваала…

– На этом корабле шестнадцать палуб, два аннигилятора, дюжина боевых башен и чертова уйма цистерн с коньяком и ромом, – сказал Олаф Питер. – Можешь в них искупаться, Паха, но только после совещания.

К Пахе, старому другу, ветерану Флота и сослуживцу по «Свирепому», Командор питал большую слабость. Фрегат «Свирепый» погиб девятнадцать лет назад, столкнувшись с коррозионными минами, и в той катастрофе Паха лишился обеих ног. Правда, на биопротезах он двигался вполне уверенно, но говорил, что чешутся пятки и что лучшее средство от этого – ром.