Гадости для радости ...и по работе

Мне, в смысле!

— Он больной, в смысле?

— Ну и правильно. Одобряю.

— Нет, это не я его. Он сам.

— Тем более одобряю.

— Я тебе более того скажу: он сам, чтобы жить вечно.

— Знаешь, когда мне про этот дом рассказывать стали, я тоже сначала подумал, что там секта.

— А мне сказали, что притон.

— Лучше бы притон. Нет… Давай-ка по третьей, а?...

Кажется, для того, что майор собирался сообщить, двух доз спокойствия было мало. Не дрогнувшей рукой я хлопнул к третьей. Прислушался к тому, как по организму растекается алкогольный градус и спокойствие, близкое к дзену… Хорошо.

Я, оказывается, сам не замечал, насколько я психовал в последнее время.

Степан выдернул меня в реальность:

— Так вот, он черный маг.

— Как в Гарри Поттере?

— Во-от! А я-то всё думал, где же я его видел? Морда такая… страшная. Как череп у мумии. Зенки горят. Я в него «бах!», «бах!». А у него мозги разлетаются и обратно собираются, как обратной съемке. Ты же мне сейчас не веришь? Ну и ладно, я тоже не совсем верю. А потом другие маги подошли. Только наши. И давай файерболлы кидать! Видел там копоть на стенах? Вот это они. А выбоины на стенах видел? Это не пули, это камни.

— Да ну! Это с какой же силой нужно камни кидать?

Спокойствие — спокойствием, но ментовской скепсис какой-то там настойкой не убьешь. Даже если три дозы.

— С волшебной, Ваня, с волшебной! Но убил его не я из пистолета, и не маги.

— Кабан. Может, ещё налить?

— Кабан – это хорошо. Какбан – это зверь! Только где ж его взяли?

— А он сам, Ваня, туда котиком просочился.

— Я тоже не сразу вкурил. Мужик у них есть. Он может превращаться в котика. И в кабана.

— Знаешь, Стёпа, налей-ка ещё.

К себе в отделение я вернулся все таким же непрошибаемо спокойным.

И до вечера успел ударно поработать в этом прекрасном состоянии, показав редкостную продуктивность и эффективность.

Марк позвонил, когда рабочий день уже закончился, да и обычный день закончился тоже, а заряд железобетонного спокойствия хоть и подрастратил железа и бетона, но пока держался. Я тоже держался — но за руль, ведя машину в сторону Туманной, 13. На заднем сиденье лежала сумка со сменной одеждой, а в багажнике — ящик с инструментами.

— Ну что, парни на посту, аппаратуру разместили, пасут твою Ивашуру, — отчитался друг, после того, как мы обменялись приветствиями. — Блюдут, так сказать, целостность и сохранность… но тут такое дело… В общем, они мне только что первый отчет скинули. Согласно ему, объект квартиру не покидала, сидела в ноутбуке, по-видимому, работала. Всё это время в квартире на повторе играла одна и та же песня. В шесть сорок три объект закричала и принялась громить квартиру. В течении двадцати пяти минут, приблизительно, срывала со стен декор, сбрасывала с полок книги и вываливала на пол содержимое шкафов.