Гадкий утёнок для босса

В нежной и постоянной заботе от твоем благополучии…

Во властной тяжести взгляда, ищущего тебя повсюду, как нечто особенное и жизненно важное…

В упоительной страсти, с которой он ласкает тебя до тех пор, пока не убедится, что тебе с ним так хорошо, что хочется кричать об этом на весь мир… и лишь смутное осознание того, что вокруг — общественное место, пусть и всего лишь частная парковка, сдерживает тебя от громкого стона восхитительного наслаждения…

А еще любовь мужчины иногда проявляется через расточительное безумство, на которое он способен только ради любимой. И это…

…миллион алых роз, которые я увидела на следующее утро, когда впервые встала с нашей супружеской постели и подошла к окну, чтобы посмотреть на главную площадь.

Алое цветочное буйство заполонило там всë!

— Тимур… — озадаченно зову я, борясь с желанием протереть глаза и подозревая, что у меня что-то стряслось со зрением от слишком долгого ношения дешевых очков. — Подойди сюда. У меня какие-то глюки.

Позади раздается низкий смешок с нотками мужского удовлетворения. И этот звук, как и при первой нашей встрече, по обыкновению напоминает мне мурлыканье умиротворенного ласками кота.

Потом мою талию обвивают сильные руки, и Лебеда шепчет мне в ухо:

— Это не глюки. Ты же сама сказала во время интервью с Зоей, что мужчина может приятно поразить тебя только миллионом алых роз[12].

— Я же пошутила! — шокированно моргаю я, подмечая, как вокруг площади начинают скапливаться любопытные прохожие. И среди них есть даже репортеры с камерами. — Ты меня так взбесил тогда…

— А я не шутил. Вспомнил вчера об этом, когда ты уснула, и решил сделать тебе подарок. Прими его, Диана.

— Ладно, но куда мне девать все эти…

— Я люблю тебя.

Он произносит эти слова так просто и обыденно, что у меня вдруг ком подкатывает к горлу. А при взгляде на площадь с морем цветов, как в известной старой песне, хочется то ли плакать, то ли смеяться.

— Ты невозможный, Тимур Лебеда, — улыбаюсь я наконец и тяну его за руку на балкон, чтобы посмотреть на фантастическое зрелище поближе. — Ладно, давай выйдем. Пусть все увидят, за какого сумасшедшего романтика я вышла замуж.

* * *Лебеда. Баллада о Гадком утёнке

На просторном балконе-террасе теплые полы и застекленные стены хоть и спасают от уличного холода, но не Диану в золотисто-бежевом мужском халате.

— Зябко, — говорит она, прижимаясь бочком к своему мужчине. И он накидывает на дрожащие плечи мягкий теплый плед.

Еë глаза — удивительно чистые и при этом невинно-томные, как у оленëнка Бэмби, — взирают на площадь с розами с жадной детской увлеченностью. Как будто девушка наблюдает интересное кино и торопится впитать каждый кадр, пока кто-то злой не вырубил электричество в кинотеатре.