Гадкий утёнок для босса

В-общем, я стояла и прикидывала, что бы эдакое сказануть, чтобы приятно поразить его своим отношением. Тогда он усмехаться перестал и махнул рукой.

«Ладно, иди уже, не тормози, — говорит. — Я не в обиде, честно. И даже придам тебе ускорения новостью… Мои родители в коме, а наша корпорация почти банкрот, как оказалось. Так что можешь за мной не гоняться, детка. Мажор из меня совсем не перспективный, как видишь».

Вот как, ну как он узнал мои мысли насчет него, я не знала. А еще была вне себя от досады из-за того, что он всë понял. Поэтому ляпнула в ответ:"

"«Ну и что? Денежки — это, конечно, очень хорошо, но ты и без них крутой! Заработаешь еще, даже не сомневаюсь. Да и шрам для настоящего мужчины всë равно что украшение, это всякий знает! А девушка твоя — дура и тебя не достойна, раз поджала хвостик при первой же проблеме!»

На эти слова он хмыкнул и обозвал меня почему-то глупышкой-стрекозой, которая ничего о жизни не знает. И улыбнулся. Мне улыбнулся, по-настоящему!!! Первый раз!

И неважно, что его там торкнуло, медикаменты или мои слова, но у меня будто крылья выросли. Ну давай, сказала я себе, вперëд! Ты сможешь его соблазнить!

Потом повисла у него на шее, а он не послал, а без лишних разговоров приступил к делу…»

Когда я дохожу до этого места, мое лицо вспыхивает от неловкости. Поспешно пролистываю лишние подробности слишком интимного «дела» и дочитываю заметку:

«…но остаться на ночь в его комнате Андрей не разрешил. Так что я вернулась к себе, поняла, что мы с ним забыли о предохранении и тааак обрадовалась! Теперь осталось только запастись тестами и ждать.»

Сразу перехожу на последнюю пятую закладку, но в ней уже не чувствуется легкомысленного отношения к жизни. Она — последняя во всех смыслах. Потому что после нее в дневнике нет никаких заметок, и написана она гораздо позднее, спустя несколько месяцев. Без восклицательных знаков, смайликов и прочей мишуры, апатично, грустно…

И очень устало.

«21 марта. Сегодня мне неожиданно позвонил Герман и предложил денег за одну девочку из моей двойни. Сказал что она очень ему нужна. Я испугалась… но ответила, что не собираюсь от отказываться от своих детей.

Герман страшный человек, но я не думала, что он еще и псих. Совсем помешался на Батянине!

Теперь, когда я знаю, кем он на самом деле является, мне так сильно хочется вернуться в прошлое и всë исправить! Убежать от него со всех ног без единого слова, а не соглашаться, как глупая дура. Хотя почему «как», дурой я и была, что вообще ввязалась во всë это. К чему я пришла в итоге?

Андрей ненавидит меня.

Его отец не выжил, а мать хоть и пришла в себя, но осталась инвалидом и на окружающих не реагирует. Даже на сына. И самое ужасное, что он узнал о моей причастности к взрыву еще до того, как я выяснила, что залетела.