Бюро гадких услуг

– Леночка, а вы чем занимаетесь?

– Да вот пациентка спрашивает про Львову.

– А ты опять веселишься? Стыдно! Между прочим, эта женщина недавно потеряла сына, и кот – единственная радость, которая у нее осталась. Она просто боится его тоже потерять. Ничего удивительного, что у женщины несколько странное поведение.

Люся промолчала о том, что, помимо кота, у Львовой имеется еще один сын, мазила-самородок, можно сказать. Что ж матушке его-то клонировать не хочется? Родной ведь сын, а она с ним теперь даже не общается…

– Скажите, а у вас случайно нет ее адреса? Я психолог по образованию, попробую подлечить пошатнувшуюся психику давней знакомой. Только вы уж ей не говорите, что с вами о ней беседовали и что дали мне ее адрес. Люди обычно не слишком любят, когда кому-нибудь становится известно, что они прибегают к услугам психолога.

Девушка, которую строгая дама назвала Леночкой, исчезла за какой-то дверью и вскоре принесла листок.

– Вот, здесь и адрес, и телефон. И даже имя кота на всякий случай.

Люся вернулась в машину, когда Василиса уже начала нервничать.

– Люся, ну что такое! Почему долго? Малыш уже все уши водителю обжевал! – пожурила та подругу и ласково обратилась к шоферу: – А у вас собачка имеется?

– Нет, – расхохотался тот. – Мне жены хватает.

– Ох, шалун, – погрозила Василиса пальцем и принялась дальше развлекать вопросами на разные темы и себя, и водителя. Она это называла тренировкой работы со свидетелем.

Домой Люся летела быстрее Малыша, перескакивая через ступеньки.

– Люся, что случилось? Ты опять оставила утюг включенным? Скажи же мне честно, Люся. Приготовь мое больное сердце заранее, – пыхтела позади Василиса.

Вообще-то у нее единственное, что работало слабо, так это глаза, она была ужасно близорука. Но симулянтка Василиса Олеговна частенько приписывала себе те болезни, каких у нее отродясь не бывало, но которые наиболее подходили к ситуации.

– Вася, мне надо быстрее переодеться и бежать, – энергично работала ключом в замке Люся.

– Да что случилось-то?! – не выдержав неизвестности, взволнованная спешкой подруги, возопила Василиса.

– Понимаешь, сейчас в ветеринарке, – сообщила подруге Люся, – я услышала, как говорили про Веронику Мефодиевну. Ну и расспросила там поподробнее. Оказывается, она к ним приносила кота. Клонировать она его хочет, представляешь? Ну я и попросила у них ее адрес. Я к ней заявлюсь под видом психолога, понимаешь, а сама расспрошу, как все, что происходит в семье Львовых, выглядит с ее точки зрения. Ведь отчего-то она прекратила все свои отношения с единственным оставшимся у нее сыном.

Василиса мотнула головой:

– Подожди, Люся, остынь. Мы к ней пойдем, только… Только не психологами.