Император деревни Гадюкино

– Думаю, он с тобой не согласится.

Максим приложил палец к губам:

– Тсс. Своих не выдают. Познакомься с исполнителем желаний, волшебной палочкой, лучшим сыном Деда Мороза, защитником обиженных. Проси чего хочешь!

– Отдай бумаги, – велела я.

Макс протянул мне кипу листов:

– Это уже выполнено. Следующее.

Мне не терпелось изучить документы, поэтому, решив побыстрее отделаться от Максима, я сказала:

– Пока свободен!

– Не пойдет, – уперся он, – я не могу простаивать! От безделья разыгрывается гастрит.

Я встала.

– Осчастливь кого-нибудь другого.

– Я достал ей документы, – обиженно прогудел Макс, – до пяти сосчитать не успела, как все получила. Неужели трудно отнестись ко мне с пониманием? Не скрою, я поспорил на тебя с приятелем, но ты раскусила меня, хочу извиниться, дай мне шанс.

Я заморгала. Конечно, Максим инфантилен, ведет себя, как подросток, но ведь умеет честно признавать свои ошибки. И на самом деле в одночасье добыл необходимую мне информацию. Я имею в приятелях Костина и знаю, как долго нужно выцарапывать какие-либо сведения. В американских криминальных сериалах герои частенько хватаются за компьютер и в секунду раздобывают всю подноготную фигурантов. Уж не знаю, так ли хорошо обстоят дела в США или это фантазии сценаристов, но нашим ментам приходится намного сложнее.

Максим свесил голову на грудь.

– Красавица, прости чудовище, оно раскаивается.

Мне стало смешно.

– Хорошо. Давно мечтаю покататься на оранжевом «Порше»-кабриолете. Апельсиновый цвет – непременное условие, другие не предлагать.

Максим посмотрел на часы.

– Отсчет пошел.

Я схватила документы и убежала. Надеюсь, Максу придется потратить не одну неделю, разыскивая затребованное мною авто. Сильно сомневаюсь, что в природе вообще существует такой вариант.

Изучив бумаги первый раз, я не нашла в них ничего интересного. Нина Олеговна сообщила о себе правду. Она происходила из многодетной семьи священника-вдовца. Олег Серафимович воспитывал девочек строго, и в этом преуспел. Дочери не вышли замуж, не осчастливили отца внуками, посвятили себя богу. Одна Нина оказалась отщепенкой, сбежала из дома."

"Константин Львович Пронькин считался честным финансистом, ни в каких махинациях его банк замешан не был. Дочери банкира Соня и Лида работали вместе с отцом, зять Вадим тоже влился в сплоченный коллектив.

Соня и Лида росли нормальными детьми, учились, посещали различные секции, потом стали желанными гостями светских вечеринок, их фотографии мелькали в прессе. Но никто из журналистов, даже коллектив «Желтухи» и «Трепа», не мог бросить камня в сестер Пронькиных. Лида и Соня считались образцовыми представительницами высших кругов.