Гадюка в сиропе

Я невольно поморщилась: голос вонзился в мозги, словно раскаленный кинжал в сливочное масло.

– Электролампа Андреевна, – настаивал голос.

Так по-дурацки меня величает только наш сосед-бандит.

Кое-как разлепив губы, я прошептала:

– Пить.

Тут же к моему лицу прикоснулось нечто холодное, пахнущее отчего-то дрожжами. Крепкая рука помогла мне принять полусидячее положение, и в рот полилась жидкость. Из моей груди тут же вырвался стон негодования:

– Но это же не вода!

– Правильно, – хихикнул Андрей. – Пиво «Балтика», светлое, третий номер, самое лекарство.

– От чего? – просипела я и наконец сумела открыть глаза.

– От птичьей болячки, – пояснил «врач». – Пейте, пейте, ща полегчает…

Я машинально сделала еще пару глотков и, чувствуя, как желудок становится на место, поинтересовалась:

– Не поняла, от какой болезни?

– Перепил, – продолжал веселиться сосед. – Ну вы вчера и хороши были, просто космонавт.

– Почему космонавт?

– А они на центрифуге с тазом тренируются, потому что блевать тянет…

– Ты хочешь сказать, что я…

– Ага, – заржал браток. – Напилися, как хрюшка на Пасху, и всю прихожую уделали. Лиза-то перепугалась, думала, вы заболели и щас полусапожки отбросите, но я ее успокоил. Не рыдай, говорю, подотри сопли, тетка твоя ужратая. Ну тут она повеселела, вас в кровать, полы помыла…

– Ужас, – прошептала я, – ужас…

– Со всяким случается.

– Но я никогда, никогда…

– Вот умирать станете, будет чего вспомнить, – философски отметил Андрей.

И тут зазвонил телефон.

– Как самочувствие? – поинтересовался Грызлов.

– Великолепно, – ответила я, стараясь не упасть. – Лучше не бывает.

– Тогда я сейчас приеду.

– Зачем?

Юрий засмеялся:

– Ты неподражаема, жди.

Отметив, что он перешел со мной на «ты», я выползла в ванную и увидела разбитую стеклянную полочку.

– Я умыть вас хотел, – хихикнул браток, – а вы руками размахались.

Я уставилась в зеркало. Морда была похожа на суповую тарелку, вместо глаз щелочки, щеки отчего-то раздулись, а нос странным образом задрался кверху.

– А еще вешалку обвалили, – ябедничал страшно довольный сосед.

– И часовню развалила…

– Какую часовню? – удивился Андрей.

– Да так, – ответила я и попыталась спешно привести то, что осталось от лица, в порядок.

Очевидно, ремонтные работы не слишком удались, потому что Юрий, окинув меня взглядом, присвистнул.

– Нечего удивляться, – обозлилась я, – вино небось плохое оказалось, и вообще вы зачем явились?

– Пойдемте, душа моя, на кухню, выпьем кофию, – совершенно не обиделся прозаик. – Вы вчера рассказали, что хотите помочь Лене Разумовой, более того, считаете, будто я любовник Брит, вот я и пришел…

Я молча двинулась по коридору.