Инферно Габриеля

Музей недавно открылся после кардинальной реконструкции, и теперь казалось, что из каменной стены на улицу выплывает стеклянный корабль. Правда, Джулии не нравилось такое нарочитое противопоставление классической и современной архитектуры. Почему бы не построить новый музей в каком-нибудь другом месте, а старый оставить в его прежнем виде?

Подойдя к дверям музея, Джулия немного оторопела. Оказалось, что в субботу музей закрывался в половине шестого. Неужели Габриель что-то напутал? К счастью, Джулия не успела ни огорчиться, ни испугаться, поскольку дверь открылась и к ней вышел улыбающийся охранник:

— Вас ждут около магазина подарков.

Джулия поблагодарила охранника и вошла в музей. Она шла мимо полок, уставленных всем тем, что найдешь в киоске сувениров любого крупного музея. Возле дальней стены, спиной к Джулии, стоял высокий мужчина в безупречном темно-синем в узкую полоску костюме. Ее сердце подпрыгнуло. «Неужели со мной всегда так будет? Неужели всякий раз при виде его у меня будет перехватывать дыхание и подгибаться колени?»

Ответ она знала еще раньше, чем подошла к высокому мужчине. Он не поворачивался. Тогда она вежливо кашлянула и сказала:

— Если не ошибаюсь, профессор Эмерсон?

Он стремительно обернулся.

— Здравствуй, красавица! — Габриель наградил ее крепким поцелуем и помог снять пальто. — Пожалуйста, повернись. Хочу посмотреть на тебя со всех сторон.

Джулия церемонно повернулась.

— У меня нет слов, — прошептал он.

Второй их поцелуй был куда более страстным и продолжительным.

— Габриель, мы же не дома, — тоже шепотом напомнила ему Джулия.

— Ты права, — засмеялся он. — Дома как-то… привычнее. А сейчас… весь музей в нашем распоряжении. Но вначале… — Он показал на прозрачную коробку, в которой лежала крупная белая орхидея.

— Конечно. На свете существует только одна Джулия Митчелл. Эту орхидею я должен был бы преподнести тебе на выпускном школьном балу. К сожалению, я немного опоздал. Всего на каких-то шесть лет. Надеюсь, ты простишь.

Джулия ответила лучезарной улыбкой.

Габриель открыл коробку, извлек орхидею и весьма ловко белой шелковой ленточкой привязал цветок на запястье Джулии.

— Какая красота. Спасибо тебе, Габриель, — сказала она, целуя его в щеку.

— Идем. — Она с готовностью устремилась за ним, но Габриель вдруг остановился. — Я должен был добавить: «Если ты ничего не имеешь против».

— Я ничего не имею против, — сказала Джулия, переплетая свои пальцы с его пальцами.

Они прошли большое открытое пространство и остановились возле импровизированного бара. Габриель подвел Джулию к стойке.

— Я что-то не помню, чтобы здесь был бар, — сказала она.

— Он возник на один вечер, — улыбнулся Габриель. — Завтра его уже не будет.