Инферно Габриеля

Но с новой силой вспыхнувшие чувства были куда сильнее, чем шесть лет назад. В ушах Джулии бешено стучала кровь, у нее горели щеки, шея и все тело. Она гладила его спину, наслаждаясь ощущением мускулов под рубашкой. Его сердце билось почти рядом с ее сердцем. Он был сейчас сама нежность и кротость. Но его рот открыл в ней жажду поцелуев. Ей хотелось еще, еще, еще.

Никто из них не знал, сколько минут и секунд они провели в этом «поцелуйном экстазе». Когда он кончился, у Джулии кружилась голова. Это было насыщение, нет, перенасыщение. Почти мгновенное удовлетворение давних и сокровенных желаний ее сердца. Перед глазами замелькали картины того вечера в старом яблоневом саду. Они не были плодами ее воображения. Они не были воспоминаниями. Они будоражили ей душу… А ему? Испытывал ли он сейчас то же, что шесть лет назад? Или теперь у него выработался иммунитет к подобным чувствам?

— Прекрасная Джулианна, — прошептал он, пошатываясь, отходя от нее.

Он облизал губы, будто на них еще остались капельки ее нектара. И вдруг удивительное состояние, владевшее им, исчезло. Глаза Габриеля закрылись. Он привалился к стене, готовый рухнуть на пол и уснуть.

Когда Джулия вернулась в привычное состояние, ей удалось кое-как дотащить Габриеля до спальни. И все было бы здорово. Все было бы просто замечательно, если бы он вдруг не открыл свой рот и не выплеснул на Джулию зловонную смесь из выпитого виски и пищи, съеденной им за этот день. Когда «фонтан» иссяк, темно-зеленый кашемировый свитер превратился в абстрактную композицию из рыжевато-коричневых пятен.

Джулия вскрикнула. Ее желудок, весьма чувствительный к подобным запахам, тоже забурлил, грозя выплеснуть выпитый коктейль. «Даже на волосы попало. Боги всех добрых самаритян, помогите мне, и поскорее».

— Простите, Джулианна. Я оказался плохим мальчиком, — совсем по-детски пробормотал Габриель.

Она задержала дыхание и покачала головой:

— Ничего страшного. Это нельзя было оставлять внутри организма. Идемте.

Теперь она потащила «плохого мальчишку» в хозяйскую ванную, где он успел сесть в обнимку с унитазом и исторгнуть туда вторую порцию.

Пока Габриеля рвало, Джулия, зажав нос, разглядывала просторное помещение ванной. Делала она это вовсе не из любопытства, а чтобы остановить собственные позывы на рвоту. Ого, какая ванна! Тут два человека поместятся, если не три. Смотри. Смотри на отделку, на сияющие краны. И душевая кабина тоже на двоих, с потрясающим душем. Можно себе настоящий тропический ливень устроить. Смотри, внимательно смотри. Что у него тут еще? Ага, большие белые пушистые полотенца. Великолепно. Одного хватит, чтобы собрать всю блевотину.