Фуллер

 — Или на ужин получишь быстрорастворимый супец.

В телефоне раздался тихий смех Дарины. А я решил не бить пацана. Пусть живет. Отчего-то лимит моего терпения значительно подрос. И я понял, что и сам улыбаюсь.

Так я и сидел, слушал разговор Дарины и Феликса, по-идиотски улыбался и думал, что ни хрена за эти месяцы не изменилось. Тело по-прежнему реагирует на девчонку. И я пока не знал, что мне делать с этим.

Дарина попрощалась, сославшись на какой-то деловой ужин, куда она едет в сопровождении деда. Пришлось сжать руки в кулаки. Какой, к черту, ужин?! В десятом часу вечера! Знаю я эти «ужины»! Богатые толстосумы с одной извилиной в мозгу, которая весь ужин будет воображать мою Дарьку в своей койке!

Но я так ничего и не сказал. На кой черт ей слепой идиот? Пусть все так и будет. Хотела бы — вернулась.

***Феликс удивился моей просьбе. Нутром чуял его недовольство и опасения.

— Прыгать с крыши — не входит в мои планы, — пообещал я пацану. — Вали спать. Дорогу до койки я найду сам.

Феликс топтался на месте за моей спиной. Но я не подал виду, что заметил заминку.

Мне нужно было остаться одному. Именно здесь, где когда-то мы сидели с Дариной.

И подумать.

Думалось плохо. Мысли так и вертелись вокруг лощеных столичных мужиков. Готов поспорить на мою Кобру, что дед уже подобрал для Дари достойную кандидатуру на роль мужика. Наверное, именно поэтому и таскает ее по своим званым ужинам и встречам. Старый говнюк!"

"Я не винил Стальберга в «теплом» приеме. У меня была цель — заставить его действовать оперативно и кардинально. И я ее достиг. Дед поверил моим словам о том, что Дарина его внучка и она в руках Мастера. Вышло все даже лучше, чем я планировал. И похрен, что после «разговора» с Сивым профессор Светлов собирал меня по частям.

Хотелось курить. И я вспомнил, когда в последний раз травил свои легкие никотином.

Очень давно. Целую жизнь назад.

Сжал руку в кулак. Почудилось, что пальцы окунулись во что-то липкое и вязкое.

Кровь. Мне часто она мерещилась. И снилась.

Почти каждую ночь видел, как кровь Дарины льется по моим рукам. Словно я пытаюсь заткнуть ладонями рану на ее теле, а становится только хуже.

Услышал шаги на лестнице. Мелкий Исай? Не похоже. Да и запах сигарет ни с чем не спутать.

Седой подошел и сел на лавку рядом.

— Чего приперся? — пробормотал я. Мне никого не хотелось видеть, слышать. Хотелось побыть в одиночестве.

— Голосовой набор работает отлично, — произнес Семен и вложил в мою руку мобильник.

— Поздравляю, — хмыкнул я.

— Телефон девчонки сохранил. Пользуйся. Не благодари, — Седой хлопнул меня по плечу и поднялся на ноги. Спустя минуту, когда окурок улетел в урну, Семен добавил: — Решай уже. Сам не мучайся. И ее не мучай.

Довлатов ушел с крыши почти бесшумно. А я запрокинул голову, прикрыв глаза.