Фулл сайз. Только не в меня

Но, если вы продолжите мне лгать, я сделаю то, что должна. И еще, мы нашли другую кровь. С трудом, но нашли. Вашу переливать нельзя, потому что в ней гонадотропин. Это гормон, Велла.

– Я не понимаю. Ничего не понимаю. Я же не могу.

– С вероятностью девяносто девять и девять десятых, малышка ваша кровная родственница. Вы не знали? Признавайтесь, вы выкрали дочь у мужа-тирана? Если это так, то я вам помогу, потому что сама пережила подобное. И знаю, как это страшно. А еще знаю, что женщины во время беременности наконец начинают…

– Это какая-то ошибка, совершенно убийственная ошибка.

Мир вдруг начинает вертеться, словно огромное, бесконечно-космическое колесо обозрения. Это же невозможно. Невозможно. Нереально. Так не бывает.

Глава 18

Макар ЯрцевНет, я не чувствую боли, только горло сдавливает, словно перерезанное. Дышать нечем. Просыпаюсь от звука выстрела и невыносимого запаха гари, и вижу прямо перед лицом пистолетное дуло. Взгляд тут же устремляется туда, где должна лежать сейчас МОЯ женщина. И сердце начинает пропускать удары. Мне страшно от того, что я могу увидеть.

– Здравствуй, братишка. – кривлю пересохшие губы, рассматривая Игоря, который даже не озадачился тем, чтобы прикрыть лицо. Конечно, зачем прятаться от приговоренного? Я хорошо знаю брата, и сейчас вижу, что он меньжуется. Мамулин любимчик всегда был подлецом и слабаком, но не убийцей. Сажусь на кровати, прикрыв наготу смятой простыней. – Что, страшно тебе? Может позволишь мне трусы надеть? Хоть сдохнуть мне позволь без позора. Зря ты это затеял, Гоша. Вы с матерью из моего наследства копейки не получите.

– Ты сам виноват, – хрипит младший братишка, которого я в детстве качал в коляске, с которым играл и учил уроки. – Я по-хорошему же просил помочь мне. Расписки просил мне вернуть. А я Борьке должен. Он меня на кукан и подцепил.

– Слабак ты, Гошик, решил меня ограбить? Кто прислал тебя? Боровцев? Но зачем? Какой смысл? Объясни хоть. Прежде чем убрать. Очень не хочется уходить на тот свет дураком, – мне отчего-то совсем не страшно за свою жизнь. Я боюсь только за девочек – большую, которой я так и не сказал, что она для меня значит, и маленькую – смысл моего существования. – Я тебе отдам все деньги, что есть в доме, а ты отпустишь Веру и Маришку. Со мной делай все что душе угодно.

– Борька все придумал, ты и баба приговорены. Его цель не твои деньги на хозяйство, которые ты держишь в доме. Пора прощаться, брат. Дом горит, времени очень мало. Макар, ты прав, я слабак, но загнанные в угол трусы, гораздо страшнее сильных и храбрых супергероев. А телку, скорее всего, уже уничтожили. Вы балласт, цель Маришка. Она не твоя…

Грохот выстрела заставляет Игоря замолчать. А я хочу выть, от чувства горькой потери.

– Кто? – хриплю я. – Мне нужно знать.