Фронтовик стреляет наповал

Даже сам факт сбора авторитетов уже информация к размышлению. Зачем собрались – замышляют крупное дело или делят сферы влияния?

Официант был на месте. Увидел Андрея – вида не подал. Опер в туалет прошел, вроде руки вымыть перед трапезой. А какой обед, если в кармане у Андрея несколько рублей? Ресторан не из дешевых, его денег хватит на стакан чая с булочкой. Спустя несколько минут в туалет зашел официант."

"Наклонился к уху Андрея.

– Новостей пока никаких.

– Не появлялся ли блатной?

В нескольких словах Андрей описал расписного.

– Пока не был, буду иметь в виду.

Официант вышел, следом Андрей. Встреча происходила быстро. Пара минут – и разошлись. Официант приторговывал левой водкой, Андрей закрывал глаза на маленький бизнес, зато сотрудник ресторана поставлял информацию.

Второй информатор обретался на рынке. За прилавком стоял, торговал жареными семечками. Но приторговывал вещами. Андрей твердо знал – барыга он, а вещи ворованные. Место барыги в тюрьме, но срок большой не дадут, еще попробуй докажи, что барахло ворованное. Должно быть заявление потерпевших, опись имущества, опознание. А заявления не было, без него обвинение не построишь. Барыга, которого звали Трофимом, с блатным миром дружил, иной раз новости узнавал одним из первых. По его информации Андрей уже двух матерых домушников задерживал. А что поделать? Все оперативники так работали. В белых перчатках информацию не получишь. Каждый искал свою выгоду. Барыга торговал по мелочи, большого вреда не наносил, Андрей решил – пусть пока воздухом свободы дышит, но стучать должен исправно.

Андрей постоял в сторонке, пока народ от прилавка Трофима отойдет, подошел, кинул пару семечек в рот. Со стороны посмотреть – на пробу.

– Трофим, человек в городе появился из блатных. За плечами – десяток ходок.

И описал внешность.

– Не слыхал, – помотал головой барыга.

– Прощупай потихоньку ситуацию. Кто такой, кличка, зачем приехал.

– Так он мне и сказал.

– Трофим, не гони дурочку.

– Понял.

Андрей сказал:

– Недожаренные у тебя семечки.

Семечки были хорошие, это для покупателя сказал, который к прилавку подошел.

Оставался еще информатор – продавщица пивного ларька на углу Калинина и Первой Конной. Все три информатора сами не из уголовного мира. Трофим приблатненный, а два других к воровскому сообществу не принадлежат, но вращаются в гуще народа. Где-то разговор подслушали, подвыпившие мужики языки распускают, говорят громче обычного, а иной раз сами вопросы задавали, вроде наивные и простые. Уголовники же похвастать любят своим фартом, близостью к авторитетам, знанием новостей. Имеющий уши да услышит.

Информация по капле стекалась к оперативникам, анализировалась.