Фронтовик стреляет наповал

Прошел, хромая, мимо Андрея. Когда он отошел метра на три-четыре, Андрей поднял нож. Все же вещественное доказательство. Ему теперь в прокуратуру объяснительные писать о применении оружия.

Подошли к подъезду. Любопытные собрались на другой стороне улицы. Андрей крикнул:

– Прошу свидетелей остаться, а прочим разойтись. Кто-нибудь, позвоните в милицию.

– Уже позвонили, – ответил кто-то.

У подъезда лежал убитый Андреем мужчина. Андрей сделал шаг в сторону. Мужчина лежал спиной к нему, лица не видно. Андрей нагнулся. Нырков! Настоящий Нырков, которого он допрашивал несколько дней назад. Утверждавший, что споили его, своровали документы. Вот же гад! Сам бандитам отдал. Вот почему Оглоблин спокойно жил в его квартире.

– Стоять, – приказал Андрей, когда Оглоблин поднялся на крыльцо подъезда.

Вдали послышалась сирена, из-за угла вывернула милицейская полуторка-автобус. Окрашена в темно-синий цвет, по борту красная полоса и надпись: «Милиция». Полуторка остановилась у дома. Из нее вышел Воинцев и два милиционера в форме.

Начальник угро, как увидел Андрея, воскликнул:

– Как дежурный адрес назвал, я сразу понял – ты. А потом дошло, читал я о тебе. Федька-Одноглазый – твоя работа?

– Моя, – не стал скромничать Андрей.

– Докладывай, что тут?

– За Нинкой следил, она к квартире привела. А тут вся банда в сборе, что инкассаторов в Балашихе убили. Двоих застрелить пришлось, сопротивлялись, этого – в ногу и плечо ранил. Убегал резво и нож бросать не хотел.

Воинцев подошел к Оглоблину.

– Деньги награбленные где?

– На хате. Все равно найдете.

Воинцев к Андрею повернулся.

– Тебе фартит, Фролов. Деньги тут, двое подельников мертвы, а третий показания давать будет.

– Размечтался! – сплюнул Оглоблин.

– А куда ты денешься? Тебе расстрельная статья светит. Ты сейчас за каждую возможность выжить цепляться будешь. Все выложишь, пятнашку получишь. А в молчанку играть будешь – к стенке поставят. Это один из фигурантов? – показал на убитого Ныркова Воинцев."

"– Да. По его документам Оглоблин в инкассаторскую службу устроился, в его квартире жил.

– Стало быть – подельник, поделом ему. Идем в квартиру.

И, повернувшись к милиционерам, сказал:

– Боков, ты у трупа, не подпускай никого. А ты, Моргунов, – телефонируй в отдел. Пусть эксперта высылают, прокурорским сообщат.

Чемодан с деньгами под кроватью лежал. При понятых его открыли, пересчитали деньги. На милицейской машине, под охраной, Оглоблина увезли в больницу.

– Я милиционера к палате в больнице приставлю, не сбежит. Как можно будет, к вам в Балашиху телефонирую, переведете к себе для допросов. У нас своего дерьма хватает.

Приехали представители прокуратуры. Первым делом изъяли у Андрея револьвер.