Фронтовик стреляет наповал

Оказалось – на окраине города. Обидно и горько на душе стало. Во время и после войны из госпиталей вернулись к мирной жизни много раненых, искалеченных, инвалидов. На любой войне потери неизбежны – убитые, раненые, калеки. Но если в других воевавших странах пользовались инвалиды почетом и уважением, то в СССР указ негласный был – безногих за пределы Москвы высылать, чтобы не портили вид города. Чай, столица, иностранные делегации бывают, посольства расположены. А безногие на гремящих деревянных каталках с железными подшипниками вместо колес по тротуарам ездят, попрошайничают, в пьяном виде частушки матерные поют. Непорядок! Нет, чтобы в артелях выпуск нормальных колясок наладить. Андрей такого отношения к увечным воинам не понимал. Указы высокое начальство принимает, пороху не нюхавшее, не знающее ничего о фронтовом братстве. Единственное – наладили выпуск, да и то в исчезающе малом количестве, мотоколясок. На трех колесах, неустойчивых, с дымящим и громыхающим мотоциклетным мотором.

Артель располагалась в деревянном бараке. Маленькая конторка приемщика, за ним цех. С первого взгляда – обычный цех. Мужики в рабочих черных халатах ремонтом занимаются. Если бы не каталки рядом со столами.

– День добрый! – поздоровался Андрей. Сразу удостоверение показал."

"Приемщик в застиранной солдатской гимнастерке с пустым левым рукавом, с медалью «За отвагу» на груди, погасил в пустой консервной банке папиросу.

– Слушаю.

– Эта квитанция, вернее – обрывок ее вам не знаком?

Приемщик очки на нос надел, присмотрелся.

– Наша квитанция. Нам бланки в управлении выдают. Цифры наши и штамп.

Андрей от радости едва не заорал «ура».

– Мне бы узнать, кому и когда выдавалась квитанция.

– Долго, но можно. У нас учет строгий, как-никак деньги. А налоги мы платим исправно. А что случилось-то?

Врать Андрею не хотелось, но пришлось.

– Авария. Труп неопознанный, без документов. Только квитанцию в кармане обнаружили, вернее – обрывок. Человека установить надо. Наверняка в семье беспокоятся, куда пропал человек?

– Дело благородное, поможем.

Одной рукой приемщик выудил из-под стола две толстые кассовые книги.

– Вы смотрите эту, а я другую, – сказал приемщик. – Сверяйте последние четыре цифры, так быстрее.

Прошел час. От цифр у Андрея уже в глазах рябило. И вдруг приемщик воскликнул:

– Есть!

Повернул гроссбух к Андрею, ткнул пальцем. Точно, цифры сходились. Квитанция была выдана 19 сентября некоему Лотошину А. Б., проживающему в проезде Коммунаров, дом 7, квартира 5. Андрей адрес записал, с приемщиком раскланялся.

– Не благодари, парень, святое дело делаешь. Не должно быть безымянных погибших, – молвил увечный воин.

– Только о том пока никому.