Фронтовик не промахнется! Жаркое лето пятьдесят третьего

Задержал его я, прострелив задницу и ногу. Твои прибыли уже к финалу. Но в рапорте руководству я непременно укажу – с помощью вашего отделения. Идёт?

– Отлично.

Участвовать в задержании серийного маньяка – это всегда удача, благодарности, а то и премии. Как говорится – у победы отцов много, а поражение всегда сирота. Андрей взял у дежурного ключи от пустого кабинета, допросил задержанного там, впрочем, как и всегда преступники, этот свою вину отрицал.

– Проходил мимо, вдруг стрельба, я убегать. Нельзя стрелять по прохожим, не те времена.

– Придумай сказку получше. Возьмут анализ, сверят с другими результатами экспертиз, и тебе не отвертеться. А ещё очные ставки с потерпевшими. Опознают тебя, уж больно приметный ты, Валька Филин!

При упоминании прозвища задержанный вздрогнул.

– А ещё дома у тебя обыск учиним. Всё по закону, с санкции прокурора, не сомневайся. И получишь ты сразу две статьи. Сто пятьдесят третья – до пяти лет и пятьдесят девять – двенадцать от трёх лет с конфискацией.

Андрей бланк протокола допроса заполнил. Главное – шапку, где фамилия, год рождения, адрес. В МУРе данные пробьют, пальчики откатают. Санкцию на обыск у прокурора получить не составит труда, когда результаты экспертизы готовы будут. Подфартило Дубровину, дело можно считать законченным, собрать бумаги, провести очные ставки.

Под конвоем, с сопроводительной бумагой, задержанного отправили в больничное отделение следственного изолятора. Из такой больницы не сбежишь, фактически тюрьма, и режим соответствующий.

Андрей пожелал дежурному удачного дежурства и отправился домой, хотя большого смысла не было, если только позавтракать. За задержанием и допросом времени прошло много. На часах – шесть. Открыл дверь своим ключом тихонько, пробрался на кухню. Чайник подогрел. Благодать, когда плита газовая. В коммунальной квартире были керосинки и керогазы, от чада и запаха утром дышать нечем, да и долго готовить.

На стук чайной ложечки из комнаты Мария вышла.

– Встал уже? Я и не слышала, когда ты вернулся.

Ну, пусть думает, что вернулся ночью. Андрей чай допил, рукой по лицу провёл. Надо побриться, ещё неизвестно, как день пройдёт.

Добравшись на службу, ещё до планёрки набрал телефон Дубровина.

– А я хотел тебе звонить! Обскакал ты меня, сейчас в изолятор ехать собираюсь для допроса. Если экспертиза подтвердит наши подозрения, то всё!

– Обыск на квартире у него провести надо. Не забывай – он фарцовщик. Наверняка валюта обнаружится или ещё что интересное. А это ещё одна статья. Желательно упечь его на Колыму и надолго. Насколько я знаю, вернувшись, он продолжит. По крайней мере доктора так говорят, маньяка вылечить нельзя.

– Ладно, за содействие спасибо. Я начальству доложу. А от тебя жду рапорт о задержании.