Фронтовик. Без пощады!

В кабинете он с видимым нетерпением вскрыл конверты и прочел письма.

Оба ответа его шокировали, и он протянул листки Арапову:

– Либо я сошел с ума, либо этого Фандеру надо брать.

Арапов тоже прочитал ответы.

Одно письмо гласило, что Фандера Семен Прокопьевич умер и похоронен в 1946 году, запись актов гражданского состояния под номером 183, в городе Смоленске. Второе письмо – из Санупра Советской армии – гласило, что военнослужащий Фандера С. П. находился на лечении в полевом госпитале по поводу минно-взрывной травмы с ампутацией левой стопы.

– А кто его допрашивал? – спросил Андрей.

– Наш опер, Савицкий.

– В протоколе ничего нет о том, что он хромой или ходит с палочкой.

– Он же свидетель, кому какое дело – с палочкой он или хромой?

– Надо поговорить с Савицким.

– Нет ничего проще.

Арапов снял трубку телефона, покрутил диск и набрал номер:"

"– Володя, привет. Арапов беспокоит. Неделю назад ты допрашивал некоего Фандеру. Да, по делу о самоубийстве в Лялином переулке. Попытайся вспомнить, как он выглядел.

Некоторое время сыщик слушал, потом задал наводящий вопрос:

– У него какие-нибудь физические дефекты или изъяны были? Ну, скажем – косоглазие?

– Ага, ничего не заметил? Тогда вопрос в лоб: он не хромал? Может, палочкой пользовался? Тоже нет? Спасибо, бывай!

– Надо брать Фандеру! Чует мое сердце, он убийца!

Андреем овладело нетерпение. Он был, как гончая собака, учуявшая добычу.

– А если у него протез хороший?

– Это у мертвеца-то? Он же по документам похоронен еще два года тому назад!

– У человека могли быть другие причины. Вдруг он дезертир, от призыва уклонялся? Взял паспорт умершего? А в деревне паспортов нет, справка из сельсовета без фотографии. Да, совершил подлог документов, жил под чужой фамилией. Расследуем и привлечем. А убийцей может оказаться совсем другой человек. И, пойдя по следу Фандеры, мы зайдем в тупик. Наша цель – собрать улики и отправить в тюрьму виновного за конкретное преступление, в данном случае – статья сто тридцать шесть.

Андрей был вынужден признать правоту Арапова.

– И что теперь делать?

– Идти домой, спать. Вызывай повесткой Фандеру на допрос – в статусе свидетеля. Если он убийца, то его это не должно насторожить. А вот вопросы надо тщательно продумать, загнать его в ловушку.

В самом деле, за окнами уже начало смеркаться. С переходом в МУР Андрей стал возвращаться домой совсем поздно. Времени на личную жизнь, развлечения, скажем – выходы в кино, парк – совсем не оставалось. Утром умылся, побрился, чаю выпил – и на службу. Впрочем, другой жизни, более спокойной, Андрей себе не представлял. Он удивлялся, как можно весь день сидеть за столом или стоять за станком, ежедневно выполняя одну и ту же работу, скажем – вытачивая деталь.