Фронтир. Том VII. Анти-Ксенонская Инициатива

Горизонт Событий заранее затормозил, чтобы не влететь на ближнюю дистанцию к едва держащемуся Тау-Разрушителю, и с оптимальной дистанции бомбардировал его щит. Более лёгкий крейсер АКсИ пострадал от кислотной дряни и сейчас занимался добиванием обездвиженного эсминца, прикрыв собой ещё более пострадавшего союзника. Остальные получившие повреждения уходили дальше от развернувшегося тяжёлого крейсера, который явно решил напоследок добить один из эсминцев. Не попал.

— Что за чёрт⁈ — в очередной раз кто-то воскликнул. Кажись, Лиса.

Монструозное орудие, которое просто не могло стрелять часто… выстрелило всего через пять секунд и взорвалось. Не ожидавший такого эсминец сделал всё что мог, но его носовую часть пробило насквозь сверху-вниз. Корабль не погиб, но теперь ему требуется капитальный ремонт.

— А вот и их адаптивность… — мрачно сказал Максим. — Похоже, пожертвовал перегревшимся оружием, чтобы уйти громко. Ужасающая точность, видимо… новая модель.

Я вздохнул, смотря как перестраиваются тяжёлые корабли.

— Гонка вооружений никогда не закончится. К счастью Ксентари хоть и имели фору, но постепенно сдают позиции. Сосредоточьтесь, бьём этих."

"Артиллеристы ксеносов также поняли, что им не светит сбежать и попытались продать свою жизнь подороже. Не смогли: навалившиеся силы разобрали их, не получив и царапины. Как мне кажется, с особой жестокостью продолжая решетить обречённые корветы.

Битва шла к завершению, флагман зелёных, оставшийся без главного калибра и отстрелявший весь ракетный боезапас, представлял собой лёгкую мишень. Под натиском очередного удара постоянным лазером щиты лопнули и сгорела часть турелей вспомогательных орудий, а Горизонт Событий выбил двигатели. Обречённый корабль обстреливали ещё минут пять всем флотом, толстую броню методично разрывали. Взрыва не произошло, может быть сработала некая защита, но мерзостный органический исполин замер, рассеивая по космосу ошмётки тошнотворно выглядевшей начинки.

— Знаешь… в этом что-то есть, — шериф выдохнул. — Удовлетворение как от вида, скованного по рукам и ногам маньяка, за которым ты долго гонялся.

— Победа дорого далась, — я расслабился в кресле. — Жесть… Крис, подготовь, пожалуйста, мойщика. На некоторых попали… обломки ксеносов.

— Мы всё ещё близко от звезды, скоро будет стейк без крови.

— Мерзость… — констатировал я.

— Мерзость — это число новых вмятин и сколов на броне недавно покинувшего док Горизонта. Ну или состояние Длани. А это так — не хуже, чем запачканные в масле руки. Меня ждёт большой ремонт. Знаешь, как говорила Анна?

Я усмехнулся, следующую фразу мы сказали одновременно.

— Если из-за пескоструйки корабль получил ещё больше повреждений, то лучше переквалифицировать его в металлолом.