Фронтир

С другой стороны, будет дополнительный стимул держаться от борта подальше. Теперь убедиться в том, что гранаты в подсумках, нашитых прямо на бронежилет, служивший дополнительно еще и разгрузкой. По груди даже было прошито несколько полос парусины, выполняющих роль патронташа. Эдакие газыри, только расположенные в два ряда, патроны-то куда как короче.

Это Сергей озаботился превратить бронежилет еще и в разгрузку. С одной стороны, лишняя тяжесть и сковывает движения, но с другой — в дополнение к броне получаешь четыре гранаты и сорок патронов. А что до тяжести — жизнь она куда дороже, чем неудобства. К тому же имеется довольно впечатляющая статистика спасенных жизней владельцев данной амуниции. Так что Алексей предпочитал поберечься.

Болотин прислушался к происходящему снаружи. Вроде ничего не изменилось, все так же слышны далекие выстрелы арачей и более громкие ответы из «баличей» наемников. Ага, а вот и Хор опять разошелся. Его голос ни с чьим не спутаешь, хотя слов и не разобрать. Странно, капитан не отличался склонностью к чрезмерному волнению в экстремальных ситуациях. Чего он так разоряется?

Едва выйдя на палубу, Алексей тут же оказался оттесненным за надстройку непреклонным Ванеком Бенешем. Телохранитель не видел особого смысла в том, чтобы его работодатель, а скорее все же благодетель, лишний раз подставлялся под пули. Пинки в большинстве своем плохие стрелки, но пулю-то и по-дурному словить можно.

Он бы и раньше озаботился этим, если бы в момент начала обстрела оказался рядом. Но теперь, когда Болотин вновь появился на палубе, Ванек приступил к выполнению своих прямых обязанностей.

— Что тут, Ванек? — и не подумав обижаться на его бесцеремонность, поинтересовался Алексей.

— Арачи из камышей на пирогах появились.

— А ну-ка…

— Не надо бы вам высовываться, господин Дворжак, — вновь придержал Алексея телохранитель.

— Брось, Ванек. Ты не сможешь меня обезопасить, если будешь прятать по углам. Или будем драться, или сдохнем к лукавому.

Алексей вновь полез за угол надстройки, стремясь рассмотреть происходящее. Нападающие продолжали обильно поливать пулями как пароход, так и баржу. От широкой полосы прибрежных камышей к «Желтой розе» стремительно двигалась эскадра не менее чем из трех десятков пирог. Даже если в них располагаются по шесть воинов, получается очень даже солидно. И ведь разобраться с ними не так чтобы и просто.

Арачи вовсе не собирались безрассудно бросаться в атаку. Не та натура. К вопросу потерь личного состава у них было весьма серьезное отношение, оттого и столь специфическая партизанская тактика. Они проявляли просто поразительную изобретательность. Вот и сейчас не обошлось без этого.