Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Бойцы по-пластунски медленно сближались с неизвестными, а когда приблизились на расстояние броска, что было непросто, камуфляж в этом мире как-то не катил, увидели отвратительное зрелище.

– Каннибалы! – пронеслось в эфире. Кто из бойцов это сказал, Меркулов из-за помех не понял.

На пятачке у костра был подвешено тело еще живого человека, от которого отхватывал куски бородатый мужик и бросал их другому бородачу, суетившемуся у костра. Доносился сладковатый запах жареного мяса. Еще один бородач, размахивая большим ножом, пугал трех связанных несчастных, что лежали у перевернутой тележки, из которой вывалился скарб.

Вооружены ублюдки были так себе. В основном колющережущее, но у главаря, что пугал несчастных, на боку была кобура и висел дробовик на ремне.

– Берем!

Почти мгновенно семь массивных фигур осназовцев и одна невысокая спецназовца рванули вперед. Каннибалов брали жестко, поэтому пару раз прозвучал треск ломающихся костей под крики боли."

"– Берем всех и отходим… Старшина, осмотри тут все на предмет целого.

– Есть, – козырнул Беркутов и со своим напарником остался осматриваться, пока основная группа с пленными выдвинулась к порталу.

Тело несчастного, которого переводили на продукты, продолжало висеть, слегка подергиваясь в агонии. Это был юноша, вернее даже мальчик лет двенадцати, и помочь ему было невозможно.

Через пять минут старшина с напарником догнали группу и присоединились к конвоированию. Через десять минут достигнув портала, они дождались открытия и все вместе перешли на ту сторону. В этом мире никто не остался.

Когда бойцы Меркулова перетащили пленных через портал, я поморщился от смрада. Было такое впечатление, что эти деятели не мылись год.

Как только портал захлопнулся, а бойцы рассредоточились по расположению, неизвестных увели в большую палатку, куда нырнули оба особиста и пяток осназовцев для усиления. Через минуту туда позвали пару ученых. Из тех, что отвечали не за портал, а за проверку климата.

В эту палатку я зашел минут через пять. Там в ряд голышом стояли шесть человек. Трое бородачей – в разной степени помятости, у одного был налицо закрытый перелом руки, у другого что-то с ребрами, стоял он полусогнувшись, держась за бок. Смрад больше шел именно от них.

Покрутив головой и найдя свободный раскладной стул, я сел на него и, слушая допрос, что вел зам Медведева, рассматривал трех других пленных. По виду, это была семья. Женщина со спутанными и грязными волосами прикрывалась руками. Девочка лет десяти и парень лет четырнадцати. У последнего были дефекты кожи, явно врожденные, скорее всего последствия радиации, и по шесть пальцев на руках и ногах. С остальными вроде все было в порядке.