Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Дыру пришлось закрывать батальоном резервного полка.

Прикрыв глаза, я крепко сжал от злости кулаки. Подстава была крепкая.

– Майора под трибунал! Заслужил, сволочь.

– Расстрел?

– Какой на хрен расстрел?! У нас что, в штрафротах людей много?.. До третьей крови, – добавил я, уже успокаиваясь. Сказанное означало, что только после третьего ранения бывший майор мог получить амнистию и новое звание, майором ему теперь уже не быть, лейтенантом максимум.

– Есть. Товарищ полковник, тут последним рейсом прибыл представитель Ставки Главнокомандующего, – указал Иванов на стоявшего за моей спиной и с интересом слушавшего командира. Стоял он в тени, хотя его фигура мне сразу показалась знакомой, узнал я его только сейчас.

– Гоголев? – удивился я. Посмотрев на петлицы, покачал головой: – Еще майор?

– Не помню, чтобы мы были знакомы. Хотя Мартынов сообщил, что это Я вас познакомил.

Посмотрев на командиров штаба, которые с интересом к нам прислушивались, я задумчиво повернулся к Гоголеву.

– Мы сейчас в таком положении, что не до дискуссий. – Повернувшись к Иванову, спросил: – Реальный срок, сколько мы продержимся?

– Если судить по запасам боеприпасов и продовольствия, то месяца два точно. По людским резервам недели две, это максимум.

– Пока мы сдерживаем транспортный поток, наши подготавливают оборону и стабилизируют фронт, – задумчиво протянул я.

Мы не только держали транспортный поток тут, но и изрядно ночными налетами на станции, да и просто на железнодорожные пути, сдерживали объездные дороги. Не все, но хоть те, до которых дотянуться могли. Ночники у нас молодцы, работают как звери, набирая немалый опыт ночных полетов.

– Вы хотели узнать, кто я и откуда? – обратился к Гоголеву. На то, что нас слушает весь штаб, я не обратил никакого внимания.

– Я прилетел награждать участников последних боев, но и это тоже одно из моих дел, – честно ответил Серега.

– Награждение?

– Да, со мной более трехсот орденов и пятисот медалей.

– Хорошо, после награждения пообщаемся. Товарищ полковник, – обратился я к Иванову, – завтра с утра, часикам к шести, мне будут нужны три шинели, вещмешки с продовольствием на три дня и три автомата с боекомплектом.

– Будет сделано, – удивленно козырнул Иванов.

– Начнем? Чем быстрее закончим, тем быстрее займемся НАШИМИ делами, – с намеком выделил я предпоследнее слово.

– Хорошо, вот у меня списки, нужно согласовать их с начштаба. Награждать начнем со штаба, дальше определимся как быстрее, – передав папку Иванову, произнес Гоголев.

Как командир, награждал я лично.