Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Но смотрите на них, они уже верят, что это возможно, – развел руками шедший рядом особист.

На самом деле про будущий захват складов, кроме оперативного отдела штаба, никто не знал, секретность соблюдалась свято, и именно про штабных и говорил особист, правда, почему-то указывая и на простых бойцов. Мимо нас как раз в полной выкладке промаршировал стрелковый взвод. Формирование нашей группы шло полным ходом. Приказ на формирование я уже отдал. По моему плану, кроме летного состава, будет сформирован полный стрелковый полк военного времени, людей хватало, и пара отдельных батальонов. Людей на них пока не было, мы рассчитывали на окруженцев. Плюс разведбат, артиллерия из восьми батарей, минометчики. Про тыловые службы я уже не говорю, они, кстати, первыми оказались сформированы. Большинство окруженцев были именно тыловиками. На боевые части приходилось едва пятьдесят процентов, причем некоторая ее часть сейчас лежала в госпитале или лечились на месте. Благо госпиталь первым закончили строить.

– Странно слышать подобное, – пробормотал я несколько озадаченно.

– Моя работа наблюдать и анализировать. Вот взять хотя бы вашу утреннюю речь перед строем бойцов. Как вы прошлись по нашим ошибкам и как немцы бьют нас не стесняясь признавать очевидного. Я уже думал: попался вражина, точно против нас воюет, а тут вы произнесли пламенную речь, как нужно и должны мы бить врага. Как не надо привечать его и считать простых солдат такими же рабочими. Многое, что вы говорили, тянет на статью, один только ваш приказ по группе. Лишить политработников возможности влезать в дела командиров сделали вас не просто величиной, но на вас чуть не молятся.

– Вы это политработникам скажите, – хмыкнул я.

– Но вы-то уже сказали? Утром. Пусть каждый занимается своим делом. Вроде так? Я прав?

– Было дело.

– Этим вы если не настроили их против себя, то изрядно потеряли в авторитете. А это не очень хорошо, могут нагадить по партийной линии.

– Авторитетом мне еще не приходилось быть, – себе под нос буркнул я.

– Что?

– Я спрашиваю, сколько у нас немцев?

– А, сто семнадцать человек. Из остатков батальона они сформировались в роту, так и воевали.

– Понятно, с приказом о переводе их под командование Меньшикова не затягивайте, очень уж они нужны. Думаю, на них и ляжет вся тяжесть этой операции.

– Хорошо.

Гаврилов меня не обрадовал. У-2 еще не готов, в том смысле, что наши крупноголовые из радиороты не установили на него рацию, и порадовал меня сроком использования нашей авиации.

– Месяц активных боев, товарищ полковник. И все. Летать будет не на чем.

– Месяц боев? Вы как считали? Сколько вылетов в день?

– По четыре вылета в день.

– А ну это нормально, я на меньшее рассчитывал. Вы готовьтесь, работайте строго по плану.