Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Командовал ими невысокий командир, звания не было видно, но то, что он контужен, было понятно, слишком громко командовал.

Один из бойцов поднялся и, подхватив пулемет, встал у опушки, тревожно поглядывая на дымы.

Выйти я не успел, часовой вдруг крикнул:

– Товарищ лейтенант, там наши!

– Уверен?

– Да. Товарищ лейтенант, вроде старшина был.

Подбежавший командир выглянул наружу, те из бойцов, кто еще мог встать на ноги после бега, тоже подошли, и всмотрелись в поле.

– Где?

– Вон там, в овражек они спустились. Вроде раненого несут.

Тут-то я и выбрал время, чтобы появиться. Специально громко хрустнув сухой веткой, на которую наступил, выходя на открытое пространство, и дождавшись, когда ко мне все обернутся, хмуро спросил:

– Кто такие?

Первым пришел в себя тот командир, которого часовой назвал лейтенантом. Подскочив ко мне, он вытянулся и, отдав честь, быстро затараторил:

– Товарищ майор госбезопасности. По приказу командира танкового батальона майора Степанова охранял автоколонну, следующую в тыл к железнодорожной станции Жеребьевка. По пути следования мы были атакованы моторизованным патрулем противника, в результате скоротечного боя все машины были уничтожены, мой танк подбит. Смогли выбраться из горящей машины, собрав вокруг себя уцелевших бойцов, отвлекая внимание противника, пошли на прорыв. При отходе из-за численного перевеса мы потеряли половину бойцов, но смогли вырваться. Доложил командир танкового взвода сорок первой танковой дивизии лейтенант Быков.

– Ясно, более подробно расскажете потом… Лейтенант, какое сегодня число?

– Двадцать пятое, товарищ майор госбезопасности.

– Какое? – не поверил я.

– Двадцать пятое… июня. Что-то не так, товарищ майор госбезопасности?

– Да нет, все так… Просто, оказывается, это я два дня без сознания пролежал, – задумчиво ответил лейтенанту, слегка солгав. Не говорить же ему правду.

Пока мы беседовали, бойцы построились в шеренгу, поправляя обмундирование.

– Лейтенант, пошлите людей в помощь… Кого вы там видели? – взмахом руки распуская людей, не до них пока.

– Техник-старшина Лясов, из нашей техроты, товарищ майор госбезопасности. Разрешите выполнять?

– Выполняй и выстави еще одного часового. Через час отправимся дальше. И да, лейтенант, обращайтесь ко мне армейским званием. Полковник. Вам так привычней будет.

– Есть, – козырнул он, после чего побежал к своим бойцам. А я, присев в тени ближайшего дерева, стал изучать карту, которая была у запасливого Быкова.

«Украина, мать ее! Брянский фронт, выходит? Или он еще не сформирован? А, точно. Киевский Особый военный округ».

Судя по точке, где отмечена станция Жеребьевка, мы находились севернее города Владимир-Волынский. А его немцы в это время уже захватили, это я точно помню.