Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

– Потомки… пришли вы ко мне не просто так. Что вы хотите?

– Встретиться с императором.

– Но для этого же есть секретариат, – недоуменно сказал адмирал.

– Это, конечно, так, но мы из будущего, и все шпионы, которые работают вблизи императора, нам известны. Поэтому мы были вынуждены обратиться только через вас для прямой встречи.

– Почему именно я?

– Герой Крымской войны не может предать… – начал было я, но меня прервали. Слуга вкатил в кабинет тележку и принялся расставлять на столике у дивана тарелки с закусками и фруктами, откупорил бутылку красного вина, наполнил бокалы.

– Можете быть свободны, – нетерпеливо приказал адмирал и, как только слуга вышел, спросил: – Герой войны? Крымской?

– Как много вопросов и как мало ответов, – улыбнулся я, но ответил на требовательный взгляд Нахимова, взяв один из бокалов и протягивая его адмиралу: – Крымская война, тысяча восемьсот пятьдесят третий – тысяча восемьсот пятьдесят шестой, или Восточная война – война между Российской империей и коалицией в составе Британской, Французской, Османской империй и Сардинского королевства. Боевые действия разворачивались на Кавказе, в Дунайских княжествах, на Балтийском, Черном, Белом и Баренцевом морях, а также на Камчатке. Наибольшего напряжения они достигли в Крыму… э-э-э, – завис я, так как дальше просто прочитать не успел. Поездка от дома была короткой, да и трясло немилосердно.

– И это все?

– Что успел прочитать, то и рассказал. Вот здесь полный рассказ, правда, я сам с трудом разбираю, что тут написано, – сказал я и, поднявшись, стал расстегивать мундир. Достав тоненькую стопку бумаг, я отдал ее в жадные руки Нахимова, который немедленно углубился в чтение.

– Тут краткая история Крымской войны и ваша биография, – сказал я, застегиваясь.

Нахимов застыл над бумагами почти на полчаса.

– Господин адмирал. Павел Степанович… время! – постучал я по наручным часам, чем заинтересовал адмирала, на миг оторвавшегося от чтения.

– Я вас слушаю, Александр Геннадьевич, – с трудом отложив бумаги в сторону, сказал адмирал.

– Я бы хотел сказать, что не стоит оставлять гостей на столь долгое время. Основная просьба к вам это ЗАВТРА устроить личную встречу с императором, но чтобы это происходило без лишних ушей.

– Хорошо, я сделаю это. Как раз на завтра мне назначена аудиенция у государя, он попросил задержаться после награждения. А значит, завтра я его увижу и передам личную просьбу с глазу на глаз.

– Хорошо. Но вот бумаги я вынужден забрать, если они попадут не в те руки, вы понимаете, что будет?

– Да, я понимаю, но нельзя ли?.."

"– Павел Степанович, вы узнаете все что нужно с разрешения императора, я вам и так был вынужден показать лишнее. Вот листок, тут записан мой адрес.