Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Мля, какая там граница, с кем, Крым давно уже часть Российской империи! Может, ты с Кавказом перепутал – там действительно жарко сейчас, имам Шамиль прям как Бен Ладен местного разлива – да и «Кавказская граница» русский офицер никогда не скажет!

К полудню, приодевшись во все новенькое, мы приготовились к отправке на речной вокзал. Андрей уже съездил с утра и купил нам билеты до Данцига, откуда мы пароходом поплывем уже в Питер, так что дело осталось за малым, доехать до пристани – и прощай, Варшава! Данциг был прусским портовым городом, который в будущем будет известен как Гданьск. После недолгого обсуждения мы решили именно так оборвать все концы в случае преследования. Разрешение на поездку за границу получать не требовалось, просто нужно было показать свои паспорта с дворянскими вензелями, и вопрос у пограничников будет снят, по крайней мере, делец говорил именно так. Из Данцига мы должны были отплыть в Питер на морском судне.

У порога стояли все кофры, радующие глаз своей новизной, с упакованными в них одеждой, формой и автоматом Андрея.

– Все взяли? – спросил я у Али, осматриваясь в приютивших нас на ночь комнатах.

– Все-все. Ты гроссбух взял?

– Нет. Зачем? Вон он в камине догорает вместе с блокнотом, улики же.

– Да нет, все правильно, – ответила Аля, изучая местную газету.

– Ну что, пора отправляться в твой родной город. Это ведь ты у нас ленинградка?

– Да, мне самой охота посмотреть, каков он был в это время… – начала было Аля, как нас прервал стук в дверь. Пришли Андрей с профессором, который что-то дожевывал на ходу.

Сделав надменный и холодный вид, я сказал профессору:

– Карл Фридрихович, вы же дворянин. Как вы себя ведете? Это недопустимо – есть на ходу. Для этого существует стол, покушали, вытерли губы и встали. Вы позорите честь дворянина, – добавил я пафосно.

Глядя на Андрея и Карла Фридриховича, застывших в дверях, я старательно подавлял улыбку, продолжая смотреть строго. Все испортила Аля, прыснувшая в кулачок.

Поняв, что их разыграли, Андрей сказал:

– Даже как-то не по себе было, прям настоящий дворянчик, как в фильмах показывают.

– Ничего, отрепетирую взгляд, вот тогда и увидите, как должна вести себя голубая кровь.

– Пролетка подъехала, – сообщил профессор, услышав под окнами шум колес по брусчатке.

– А, такси, тогда на выход! – тут же скомандовал я, подхватывая кофры. Свой и Алин.

Еще через полчаса мы были на той же пристани, где стоял под парами пакетбот. Самый настоящий, с паровым двигателем.

– Пятнадцать часов прошло, как мы из усадьбы уехали, а они все еще не чешутся, – крутя в руках раскрытый зонтик, тихо сказала Аля, разглядывая полицейский патруль на пристани.

– Общение со мной не пошло тебе на пользу.