Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Час дня

– Хар-раш-ша банька! – с восторгом прорычал генерал Булдаков, вытирая полотенцем голову.

– А то! Сам рубил! – похвастался хозяин.

Несколько секунд Булдаков недоуменно рассматривал сруб, каждое бревно которого было в полный охват обеих рук. Через несколько секунд тишину разорвал двойной смех.

– Да я серьезно! С сыном и обоими зятьями ставил. Все лето провозился, – признался Шевелев, с удовольствием глядя на качественно сделанную баню.

– В наше время генералы тяжелее ручки и х. я ничего не поднимают, – фыркнул Булдаков.

– Это мнение общественности. И оно, кстати, не так уж и не право, у меня мой же подчиненный генерал Хватов себе знаешь какую дачу отгрохал с помощью солдат ближайшей части? Так еще, гад, и меня пригласил на новоселье.

– А ты?

– А я не поехал… Противно!

Несколько минут генералы просидели в беседке молча, каждый обдумывал свои мысли.

– Знаешь, зачем я к тебе приехал? – наконец спросил Булдаков с некоторым сомнением в голосе.

– Как скажешь, так и узнаю, – ответил хозяин, поставив стакан с пивом на стол и беря с тарелки тараньку.

– Правильный ты. Думаешь, я не знаю, почему тебя потихоньку пытаются выдавить с должности? Правильный, а таких мало осталось.

– Ты да я да мы с тобой, – с грустной улыбкой ответил хозяин.

– Да есть нормальные генералы, но таких мало осталось, мало.

Шевелев уже понял, что разговор будет серьезным, и поэтому, отставив стакан в сторону, настороженно взглянул на гостя.

– Ухожу я, Ваня, – сказал Булдаков, серьезно посмотрев на хозяина.

– Что, прижали? Может, помочь чем? У меня знаешь, какие спецы есть?

– Да нет, ты не так понял. На работе проблемы, конечно, есть, но я о другом. На меня вышел мой хороший знакомый и рассказал, что один ученый сделал машину времени. Однако машина действует только в одном режиме, на другое время не работает.

– Так ты что, Серег, серьезно?

– Ваня, я был ТАМ и разговаривал с представителями этого времени. Понимаешь? Был! – наклонившись к хозяину, твердо сказал Булдаков.

Откинувшись на спинку плетенного из тростника кресла, Шевелев задумчиво посмотрел на гостя, лихорадочно обдумывая, что тот только что сказал.

Видя, что хозяин задумался, и понимая, какая буря сейчас бушует в душе Шевелева, Булдаков добавил:

– Там сейчас сорок первый, до начала войны осталось шесть дней. И я ухожу, Ваня. Там я нужен! Ты понимаешь меня? Нужен!!!

– Сталин, значит!

– Сталин. Но я разговаривал с Берией, там нужны специалисты моего уровня. Я сразу получаю должность замкомфронта. Советником буду. Ты понимаешь, какие возможности открываются? Не будет того разгрома у границ, не будет страшного сорок первого. Все будет по-другому.