Фрэнк на вершине горы

Рано или поздно все это закончилось бы очередным тюремным сроком, не так ли?

Если говорить о Холли, то этот чудак вбил себе в голову, что именно в Нью-Ньюлине его творчество достигло своего расцвета, и теперь его тут удерживало нечто вроде суеверия: а вдруг все изменится, стоит пренебречь географией?

По мнению Фрэнка, это была невероятная глупость, гений Холли заключался внутри него самого, располагался прямо в черепушке или в сердце, или где-то там, но попробуйте-ка переубедите чокнутого художника.

— Послушайте, — сказала Тэсса, — вы преувеличиваете масштаб трагедии. Я больше не гожусь для оперативной работы, у этой штуки с уничтожением монстров — короткий срок годности. Год-два-пять, не больше. Я была действующим инквизитором пятнадцать лет, рекорд, который до сих пор не побит. Орден не станет рисковать, отправляя меня в поля. Возможно, речь идет об образовательной или исследовательской миссии, что можно делать и удаленно.

— Ну да, — ехидно ответил Холли, — ты же у нас величайший мыслитель. Прости, Тэсса, но мне даже сложно представить тебя с книжкой в руках.

Она не обратила на него никакого внимания.

— Или, если орден даст мне право выбора, — продолжила Тэсса задумчиво, — мне бы хотелось получить дополнительное образование в области психологии. Реабилитация, тестирование и поддержка таких же инквизиторов, как и я.

— В этом есть смысл, — согласился Фрэнк.

— Никакого, — тут же возразил Холли. — Тэсса, ты даже о своих чувствах не можешь сказать вслух, как ты собираешься говорить об этом с другими?

— Эй, — она легко дернула его за волосы. — Я же учусь.

— Это правда, — согласился он. — Ты учишься, Фрэнки учится, я учусь. Мы такие умники.

Его голос повеселел, и Холли вскочил на ноги, стремительный и снова бодрый. Пятиминутка нежности закончилась.

— Я бы что-нибудь выпил, — сообщил он, — у нас ведь есть выпивка? Только не мое розовое шампанское, оно предназначено для радости, а не тревожности.

— Вроде было пиво, — припомнил Фрэнк, неохотно вставая. Где там его джинсы, куда Тэсса их зашвырнула?

— Фу, — скривился Холли и с топотом понесся вниз.

Фрэнк подал руку Тэссе, помогая ей встать.

— Чтобы исцелять других, нужно исцелиться самой, — сказал он тихо.

— Я думаю, что в порядке, — ответила она. — Комиссия, конечно, скажет наверняка, но мне кажется, что теперь я в порядке. Ты видел, как я справилась, когда этот мальчик-циркач упомянул Лондон?

— И к слову об этом, — Фрэнк нашел джинсы за креслом и натянул их. Тэсса ограничилась только футболкой, довольно короткой. — Ты не думаешь, что от Дермота будут проблемы?

— Покажи мне жителя Нью-Ньюлина, с которым не было проблем, — хмыкнула она.

На кухне Холли достал себе упаковку клубничного молока и теперь потягивал его из трубочки, сидя на столе и болтая ногами.