Фрэнк на вершине горы

Он вскинул голову, прислушиваясь к тому, что происходило в его саду, а потом торопливо, насколько только позволял ему возраст, поспешил на улицу.

На тропинке стояла объемная корзина для белья, куда невозмутимая Бренда запихивала вопящую миссис Хадсон.

— Что ты делаешь? — завопил Джон.

— Ну как же, — степенно ответила Бренда, — раз ты считаешь, что мои яблоки — твои яблоки, значит, твои кошки — мои кошки. Сколько их, кстати, у тебя сейчас? Заберу-ка я свою долю."

"— Не смей трогать этих невинных тварей, чокнутая ты старуха, — рассвирепел Джон и вырвал из ее рук миссис Хадсон. Яростно извернувшись в его руках, она бросилась наутек, оставив глубокие царапины на его шее. Громко выругавшись, он подвинул к себе корзину для белья, стремясь выпустить на волю уже пойманных кошек.

Бренда вцепилась в корзину со своей стороны.

— Я кормил твоими яблоками наших альпак, — закричал он, — выручку от проданной шерсти мы делим пополам, с чего ты так взбеленилась?

— С того, — закричала Бренда, — что ты мог бы попросить, а не воровать, как бездомный пес!

— Но это же скучно, — обиделся Джон.

— Ах тебе скучно! Что же, теперь начнется настоящее веселье! Каково будет жить, зная, что я охочусь за твоими кошками?

— Ты не посмеешь!

— Я не посмею???

Тут ставни на окне второго этажа с грохотом распахнулись, в воздухе просвистел таз с водой, который использовался как поилка для кошек, и опрокинулся прямо над их головами. Приняв неожиданный душ, Бренда ахнула и выпустила корзину. Воспользовавшись ее замешательством, Джон торопливо освободил трех кошек, резво брызнувших в разные стороны.

— Артур, — из открытого окна раздался укоризненный голос Джеймса, — что я тебе говорил о том, что нельзя баловаться с живыми людьми?

— Да это же не дом, — процедила Бренда, отряхиваясь, — а какой-то разбойничий приют. Будьте уверены — я этого так не оставлю.

— Теперь ты собираешься мстить маленькому ребенку? — не поверил Джон. — И все из-за каких-то паршивых яблок?

— Паршивых? — оскорбилась она. — Да ведь это Принц Уэльский, выведенный еще в XIX веке!

— Никогда не причислял себя к монархистам…

— Эй, вы, — громко позвал Джеймс, свесившись из окна, — я бы на вашем месте утихомирился, потому что Артур всерьез поглядывает на швабру. Мне кажется, ему не по душе семейные ссоры.

— Да кто тут семья, — вспыхнула алым Бренда и ушла, волоча за собой корзину, с самым независимым видом.

— Послушай, Джеймс, — почесал в затылке Джон, — может, мне и правда жениться на этой дикой женщине? Тебе не кажется, что забор между нашими участками портит весь ландшафт?

— Держи карман шире, — донеслось из зарослей шиповника.

— Точно женюсь, — кивнул сам себе Джон и побрел к дому.

Джеймс растерянно закрыл окно.