Фрилансер. Абсолютный хищник (СИ)

Гарсия снова вздохнула, коснулась пульта. Дверь начала отъезжать, лампочка погасла, а голос в ушах произнёс:

«Подключение к сети. Авторизация…»

К моему удивлению, из комнаты вышла та девица, к которой я обратился. Не угадал. Свинцовая дверь зажужжала, снова вставая на место, вновь мигание, лампочка. И на диван, сильно проминая его (в доспехе же) села… Её величество, аккуратно стянувшая шлем и расправлющая сбившиеся под ним смоляные волосы.

— Добрый день, ваше величество, — приложив руку к груди, склонил я голову и от греха убрал виноград. Шутки кончились, позёрство больше не нужно.

— Хуан, что я тебе такого сделала, что ты так поступаешь? — зло произнесла королева, метая из глаз молнии.

— Хуан, разве стоят твои детские обиды на меня того, что ты сделал? — продолжила она после паузы, а я взял паузу, ибо сейчас надо было фильтровать каждое слово. Это не просто королева. Это злая королева! Самка, защищающая своё чадо! И при этом человек, могущий раздавить меня, как муху. И я знал, что этот разговор будет. И именно с такой королевой. Но ведь всё равно же влез в петлю?

— То, что твой проект развития остановили, значит лишь то, что остановили ПЕРВОНАЧАЛЬНЫЙ проект, — зло продолжала она. — Ты же лепишь из меня образ врага, образ ненавидящей тебя бездушной стервы. Я дала тебе время понять, что ты не прав. Возможно, я поступила некрасиво в твоей шкале ценностей, что не прекратила тот балаган по твоему первому требованию, но я оперирую куда большими факторами, чем знаешь ты, чтобы поступить так. И я ни черта не бросала Обратную Сторону! Наоборот, делаю всё для начала её реальной интеграции. Я сделала больше, чем мои мать и бабка вместе взятые! Зачем же такое неблагодарное скотство? Зачем ты в качестве мести подключил к своим обидам ребёнка?

— Ваше величество, — решившись, я подался вперёд, в агрессивную позицию, — вы не правы. Моя обида — ерунда, и я никого ни за что не наказывал, никого ради обид не подставлял. И всё, что сделал — сделал ради неё и для её же блага. Потому, что никогда не видел детей несчастнее. Скажите, вы общались с нею хоть раз в жизни?

— Да. — Королева не врала. Я скуксился, ибо представлял себе это иначе. — И не раз. Много раз. А Елена бывает там почти каждый месяц.

— И тем не менее, она — узница, Ю — не сдавался я. — И живёт в тюрьме. Она заперта в шести стенах без права покинуть их. При том, что Сиби — лишь маленькая девочка!

— Маленькая, мать его, ДЕВОЧКА!!! — заорал я, спуская с цепи дракона. — Нельзя с нею так!

— Это она тебе страсти нарассказывала? — ухмыльнулась Гарсия. И я понял, «мамы» свято верят в свою правоту, не желая принимать во внимание обиды дочери. «Потерпит, потому, что так надо». Ох уж эти… Властные стервы!

— Я ВИЖУ. Мне не надо рассказывать.