Фригидная для оборотня многоженца

— Где комната твоего хозяина?

— Зачем? — кажется, она стала еще меньше.

— Давай. Показывай. В знак признательности хочу продолжить романтический вечер.

— Не… не… надо, — жалобно пищит.

— Или показывай. Или я пойду сама на поиски, — ухмыляюсь. В теперешнем состоянии я действительно способна на любое сумасшествие. Она это понимает. Опустив голову, ведет меня. Я прихватываю с собой сувенир — самую большую пластиковую голову. Волочу за собой это уродство.

Оказывается, живет оборотень на том же этаже, что и я. Только в другом конце коридора.

Показывает на дверь. Сама не входит.

— Спасибо, — улыбаюсь очаровательно. Девушка снова прижимается к стене. Что за трусишка.

Запоздало приходят угрызения совести. А что если ее накажут? Если ей достанется за мое самоуправство? Я ж не знаю нравы этого… Но что сделано, то сделано. На войне все средства хороши. И без сопутствующих потерь не обойтись.

Открываю дверь. Вваливаюсь в логово монстра. По идее может же пришибить. Сделать вообще, все что подскажет его извращенная фантазия. Кто его остановит? Никто. Но вот почему-то знаю — не сделает. Не боюсь. Откуда это уверенность? Почему порой его эмоции ощущаются для меня так отчетливо? Еще одна загадка.

Комната пуста. Сразу привлекает внимание огромных размеров кровать. Тут довольно мрачно. Преобладает черный цвет. Но надо признать вкус у него есть. Как раз затаскиваю ужасающую голову на середину комнаты, когда из боковой двери возникает он. Мокрый. Капли воды стекают по абсолютно голому телу. Даже не удосужился полотенце накинуть.

Мельком окидываю взглядом. Не специально. Скорее женское любопытство. Сложен шикарно. Мышцы перекатываются под золотистой кожей. Все пропорционально. Идеально. Глупо не признавать очевидного. Между ног огромный орган. Если сравнить с Джеком, то у мужа там маленький отросток. А это поистине звериный размер, который еще и приветственно поднялся при виде меня.

Отгоняю мысль, что сейчас могу нарваться на неприятности. Он первый начал, я всего лишь защищаюсь.

— Ты, кажется, забыл у меня, — подтаскиваю голову к кровати и бросаю этот ужас на нее. — Буйствовала ты знатно, — смеется. В глазах не улавливаю гнева.

— Ты слышал, и не остановил?

— Тебе же надо выпустить пар. Да и интересно, как далеко ты собиралась зайти, — делает шаг ко мне. Отступаю назад.

— Я тебе что, кролик подопытный?

На губах вновь появляется порочный изгиб. Краем глаза замечаю, как подрагивает орган между ног. Хорошо хоть фригидна, и греховных желаний во мне не возникает. Так женский интерес, любопытство. Не больше. Так что своим орудием ему меня не соблазнить.

— Платье маловато, — замечает, окидывая меня изучающим взглядом. Пока шла, груди подскочили вверх. Норовя вылезти из пут тесной ткани.

— Другого нет.