Фригидная для оборотня многоженца

— Ты обвела вокруг пальца почти всех. Чарльз тебе доверял. Мой брат чтил как сестру. Я взял замуж, — на этих словах замечаю презрительную мину на лице мужа. — Ты продумала все до мелочей. Почти никто не усомнился, что смерть нашей матери — несчастный случай. Но именно из-за тебя прекратился бег ее сердца.

— Катарина! Тварь! Я же верил тебе! — даже Чарльз орет. Он явно в шоке и не ожидал подобного.

— А вот тут ты просчитался, Рэй, — черты ее лица заостряются. Проступаю кости, в глазах пляшет ненависть. Сейчас она еще сильнее походит на смерть. Жуткая. Пугающая. — Смерть твоей матери — действительно несчастный случай. По крайней мере, на тот момент, — ухмыляется, — С ней я думала разделаться немного позже. Ловушка была предназначена для моей сестры. Не она, я должна была стать женой альфы! О, как я ее ненавидела! Еще с рождения ей все! А я как придаток! Ее любили! Ей восхищались! Судьба избрала ее истинной для Вальтера! Стая, родители, все ее боготворили! А мне… мне ничего… ноль внимания… А если бы она сдохла, я должна была получить все! — кривит рот в болезненном оскале, — А померла твоя мамаша. Вальтер стал альфой, сестра-мразь заняла место подле него. План провалился… — и сейчас глядя на нее, понимаю, волчица сожалеет только о своих неудачах. Будь у нее возможность, она бы снова убивала и строила козни.

— Катарина, как ты могла?! Я ведь любил тебя, как сестру, — Вальтер стоит пошатываясь. Все еще не верит.

— Только я не убивала ее! Она двинула кони, увидев смерть своего ребенка! Так, что Вальтер тут я чиста! И я вывела стаю во время нападения. Помогала вам. Так что не надо делать из меня вселенское зло. Да, я хотела стать женой альфы, я добилась своего. Но в это же время я заботилась о каждом из вас! — говорит с запалом, пытаясь заработать себе очки поддержки.

В следующее мгновение раздается рык, переполненный боли, страданий, такой, что кровь в жилах замерзает. Вальтер набрасывается на Катарину. Руки превращаются в волчьи лапы, и он ими раздирает грудную клетку волчицы. Вытаскивает сердце и разрывает его когтями на куски. Падает на колени, воет, дико, отчаянно. Вновь и вновь оплакивая свою семью. Мне, кажется, сейчас точно так же внутри у него разворочено собственное сердце. Горе он с ним живет, оно его съедает день за днем, и нет спасения от вселенской боли.

Рэй садится рядом с братом, прижимает его к себе, что-то тихо ему шепчет.

— Верши дальше свой суд, брат, — поднимает голову, по щекам стекают кровавые дорожки. — Я с тобой, — говорит с надрывом. Встает. Даже не представляю, сколько Вальтеру потребовалось усилий.

— Правильно, сын! Отомстил за смерть матери, так ей и надо предательнице! — кричит Чарльз.

— Заткни пасть! Ты больше мне не отец, — рычит Вальтер.