Варяг. Мечи франков

— Сенешаль моего мужа погиб вместе с ним.

— Достойная участь, — одобрил Сергей.

— Виллибад — бастард моего деда. Он присматривает за мной с детства. И он верен мне."

"— Верность — это хорошо, — сказал Сергей, отнимая у нее полотенце. — И сейчас самое время кое-что проверить.

— Что?

Как она хороша. Божественно.

— Ты сказала: я сильный… — Сергей оторвал ее от пола, подхватил на руки. Весила юная баронесса немало, но это была ну очень приятная тяжесть. — А ты сильна?

— С тобой — да… — Она запрокинула голову. Длинные влажные волосы почти касались пола. — Варт…

— Серж, — сказал Сергей. — Когда мы вдвоем, зови меня Серж.

— Я тебя люблю, Серж, — прошептала Маргред, уткнувшись ему в шею.

Сергей улыбнулся, провел шершавой ладонью вдоль позвоночника — от шеи до выпуклого треугольника повыше ягодиц.

Маргред почти беззвучно ахнула, прогнулась, прижимаясь к нему грудью и животом. В этом не было страсти, только нежность и покорность. Сейчас она была — его. И потому ее «люблю» Сергей не придал значения. И не удивился. Когда женщина в первый раз в жизни ощутила себя женщиной, ее чувства очевидны.

— Хочу, чтобы ты знал: здесь, на земле Лотаря, у тебя есть друг. Навсегда.

«Навсегда». Может быть. Когда-нибудь. Да нет, почему — когда-нибудь? Не так уж далек путь от Белозера до этого замка. Соболья шкурка — за четыре бочки отличного вина, например. Хочется верить, что хищные угры досюда не доберутся.

Сергей снова улыбнулся. Подобные мысли здорово помогали справиться с гормонами юности. Самому влюбляться в юную баронессу он себе строго запретил. Сергей не собирался отнимать удел у ее сына.

* * *Ранним утром на выходе из покоев Сергея перехватил сенешаль.

Неудобно получилось. Утреннее расставание с Маргред вышло довольно громким. Так что, может, и хорошо, что это Виллибад. Он вроде человек преданный.

— Хочу верить, что Марго не понесла, — мрачно сообщил сенешаль, встав у Сергея на пути.

— Верьте. И дастся вам по вере вашей, — провозгласил Сергей, попытавшись сдвинуть живую преграду.

Не преуспел. Виллибад был крупнее, а коридор узкий.

— Я — ее дядя, — сказал сенешаль. — Мне нужно знать.

И скрипнул зубами.

Сергей был готов поставить золотой византийский солид против дирхема, что Виллибад охотно свернул бы шустрому гостю шею, но…

Вот именно. Даже если у него и получится осуществить желание, потом шею свернут самому Виллибаду. И всем обитателям замка.

— Ты узнаешь, — пообещал Сергей. — Но сначала мне нужно отлить, потом помыться, а потом позавтракать. Мне и моим людям. Распорядись, пожалуйста.

Виллибад еще раз скрежетнул зубами, но шагнул в сторону.

Справный дядька. С таким точно можно иметь дело.

Сергей миновал его, но потом все же обернулся:

— Насчет братьев-сестренок вашему барону не тревожься.