Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Каспар выскочил во двор и по битым кирпичам побежал к воротам, но неожиданно на кого-то наступил – это были присыпанные глиной люди, и они были живы.

– Кто ты такой? – строго спросил Каспар, приставляя меч к чьей-то запыленной физиономии.

– Не убивайте, хозяин! – жалобно завыл вердиец, решив, что коварные рембуржцы подстроили ему магическую ловушку.

– Не убивай, хозяин! – завыли и зашевелились остальные, протягивая к нему руки.

– Да здравствует его величество Ордос Рембург Четвертый! – закричал вердиец. – Да здравствует наш мудрый король!

– Да здравствует наш мудрый король! – нестройно подхватили остальные заговорщики.

Спотыкаясь о кирпичи и ругаясь, к Каспару подбежал Рыпа:

– Что случилось, хозяин?

Ответить Каспар не успел – раздался дикий, утробный вой, и с другого конца площади, разваливая по ходу дома, к ним двинулась горящая синими пламенем гора.

Загремели, затряслись под ударами копыт ворота конюшни, было слышно, как кричит Лакоб, пытаясь утихомирить перепуганных лошадей.

– Мамочки мои, демоны! – закричал кто-то из местных и тут же перешел на чекмесский язык.

Каспар и Рыпа, выбежавшие наружу Красавчик и Слизень пораженно взирали на воющую огненную гору. Уже была видна вся туша горящего монстра и его слабеющие ноги. Чувствуя, что вязнет в земле, как в болоте, монстр взвыл еще громче и жалобнее, его огромное тело стало погружаться в разверзающуюся твердь, жалкие попытки монстра зацепиться за края ямы не помогали. Еще мгновение – и демон целиком провалился сквозь землю, и ее края сошлись над ним, заглушая тоскливый вой.

Пару минут Каспар и его бойцы стояли молча, а перепуганные бунтовщики продолжали тихо лежать среди обломков, затем где-то заголосила баба и залаяли осмелевшие собаки.

На площадь стали выбегать люди, кто нес с собой фонарь, кто факел.

– Свинчатку ищите! – приказал Каспар и поспешил к конюшне, чтобы проверить, как там Лакоб и лошади.

Прибежал хозяин дома, он бросился к дверям, ему навстречу выскочили рыдающие жена и дочери. Они что-то залопотали наперебой, указывая на Каспара и его бойцов, наверное, перекладывали вину за случившееся на них.

– Лакоб, ты жив?

– Жив, ваша милость, только телегой малость придавило!

– Эй, человек, ты зачем это сделал, а? Человек! – Чекмес гневно потрясал кулаками, кивая в сторону обрушенной постройки. – Я тебя пустил как хорошего, а ты зачем это сделал, а? Зачем сломал?

Следом за хозяином дома к Каспару подступили его жена и дочери, с площади двинулась толпа собравшихся селян, к ним примкнули те, кто собирался бунтовать и грабить «оккупантов». И хотя многие собственными глазами видели «огненную гору» и то, как она снесла несколько домов, а потом провалилась под землю, они были готовы обвинить во всем проезжих рембуржцев.