Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Глава 50

Едва за Каспаром закрылась дверь, Красавчик сел на топчане, снял шлем и взъерошил волосы.

– Слышь, Лакоб? – позвал он.

– Чего?

– Мы пожрать спустимся, тебе чего-нибудь принести?

– Не надо. Я потом сам схожу, – не поворачиваясь, отозвался «сержант» Фрая. Он мучительно искал ошибку, которую допустил, вызывая боевой огонь. Как будто все сделал правильно, и чтобы «зажечься» сил хватило, но что-то пошло не так. Что же именно?

– Железо здесь оставим, – сказал Красавчик, снимая накладки. Остальные воры с охотой последовали его примеру, после чего все вышли из комнаты.

В зале было шумно, трактирщик и какая-то страшная баба едва успевали подносить заказы. Впрочем, несколько столов пока были свободны. Красавчик выбрал, один из них, и воры чинно расселись, поплевав на ладони и кое-как пригладив засаленные вихры.

Трактирщик заметил их и, несмотря на занятость, сейчас же подошел:

– Что будете кушать, господа?

– А чего ты не спрашиваешь, что будем пить? – ухмыльнулся Рыпа и почесал заросшую физиономию.

– А это как скажете, еда уже оплачена, а выпивка – в отдельный счет.

– Ладно, давай пока жратву, – сказал Красавчик. – Чем сегодня кормишь?

– Тушеные бобы с салом и чесноком и вареные свиные ножки.

– Эх и бздеть будем, – покачал головой Слизень.

– Ничего, не отравимся, – заметил Свинчатка и вопросительно посмотрел на командира. Он понимал, что Красавчик вызвал их не только ради еды, но тот пока молчал, пристально разглядывая посетителей.

Трактирщик убежал выполнять заказ, а в зал вошли двое подозрительных типов. Дорогая, но неопрятная одежда, обвислые края шляп и колючий недобрый взгляд выдавали в них людей рисковых и не имевших постоянного дохода.

– А в петелке под курткой заточки носят, – сказал Рыпа, сразу узнав собратьев по ремеслу.

К столу подскочила помощница трактирщика – конопатая, с выпученными глазами и редкими зубами.

– Бобы с ножками вам подавать? – басом спросила она.

– Чего? – спросил пораженный ее внешностью Рыпа.

– Сюда ставь, молодка, – кивнул Свинчатка, пряча улыбку.

– Прям как неживые, чесслово, – пробурчала баба и со стуком, одну за другой, поставила на стол четыре глубокие плошки.

– Рот закрой или на красавицу загляделся? – поддел Рыпу Свинчатка.

– Это какая-то лошадь крестьянская, – сказал тот, переводя дух.

– Тихо, – испуганно одернул его Слизень. – Она возвращается…

Все замолчали, страшная баба действовали на новичков угнетающе. Подойдя к столу, он шваркнула на него отглаженный, свернутый вчетверо кусок застиранного холста и, поводя тяжелыми бедрами, ушла на кухню.

– Это чего такое? – недоуменно произнес Рыпа, осторожно разворачивая тряпицу.

– Это для удобства, – пояснил Красавчик, – руки вытереть или там харю промокнуть.