Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Над поляной стояла абсолютная тишина и благоухание.

— Какая прелесть! — воскликнул Фундинул. — А запах-то, запах! Если бы эти цветы не вяли, я нарвал бы целый букет.

— Ну не знаю, — с сомнением покачал головой Бертран. — Вид у них какой-то стеклянный.

Аркуэнон выехал на желтую поляну, за ним двинулись остальные. Солнце светило так ласково, а вокруг было так красиво, что никто и не заметил, как шевельнулись и потянулись к путешественникам нежные зеленые побеги.

Неожиданно лошадь Аркуэнона остановилась, ее передние ноги подогнулись, и она упала. Эльф еле успел соскочить, но его ноги тотчас опутали тугие стебли вьющихся цветов.

— Назад, цветы живые! — крикнул Каспар; он пытался развернуть лошадь, но она лишь беспомощно перебирала ногами, побеги желтых цветов оплели ее.

— Освобождайте лошадей!

Все спрыгнули на землю и принялись рубить тянущиеся к лошадям и наездникам зеленые побеги. Те ломались, брызгали липким соком, источавшим еще более густой и насыщенный сладкий аромат.

С шумом и криками кое-как удалось освободить трех лошадей и мула, но тут выяснилось, что эльф и его лошадь еще в плену. Каспар и Бертран бросились ему на помощь, на ходу обрубая нетерпеливые побеги. Аркуэнон и его лошадь были уже без сознания, а быстрые живые побеги цветов закутывали их в тугие зеленые коконы.

Подоспели Фундинул и Углук, лошадь тащили за ноги и за хвост, Аркуэнона — за руки, Каспар следил, чтобы эльф не потерял сумку и оружие.

Наконец им удалось вырваться из плена самим и вызволить Аркуэнона; перебравшись в тень, они сели отдыхать и только тут почувствовали себя плохо. Начался кашель, головокружение, это длилось минут десять, потом стало легче.

— Отравились… — подвел итог Бертран, косясь на цветы.

Аркуэнон очнулся, пришла в себя и его лошадь. Их напоили водой и дали время, чтобы отдышаться.

— Придется объезжать, — сказал Каспар, когда все смогли подняться. И отряд двинулся в обход.

Каково же было их разочарование, когда выяснилось, что поляна с желтыми цветами тянется на несколько миль. Только к полудню удалось ее объехать, но сразу за ней путь отряду преградила мутная река с медленным, едва заметным течением.

— Всего-то ярдов десять, — заметил Бертран, не давая лошади приблизиться к воде — река показалась ему подозрительной.

— Надо промерить глубину, может, тут мелко, — сказал Углук и спешился.

Фундинул подошел к берегу, надеясь увидеть дно, но вернулся ни с чем.

— Мутная вода, — пожаловался он. — Даже лягушек не видно.

Углук срубил мечом небольшое деревце, спугнув при этом огромную черную сороконожку. Потрескивая челюстями и шипя, словно змея, она скрылась в кустах."

"— Какой только гадости тут нет, — покачал головой орк. Он обтесал ствол деревца, получилась длинная жердь.