Фотомодель на ранчо

Алекс отчаянно схватилась за гриву, но жеребец тут же взбрыкнул снова.

Шок уступил место гневу. Если ему не помешать, то вздорный конь будет и дальше продолжать в том же духе! Плотно сжав колени, Алекс ухитрилась выдержать еще пару мощных толчков, чувствуя себя как перетряхиваемый мешок с костями.

Словно желая убедиться, что она настроена не менее решительно, чем он сам, жеребец вдруг перестал брыкаться и повернул голову. У него было столь удивленное выражение глаз, что Алекс, несмотря на всю серьезность своего положения, не смогла удержаться от смеха.

— Ты от меня так легко не избавишься! — заверила она жеребца. — Мы еще покатаемся, нравится тебе это или нет!

Усмирив гнедого, Алекс направила его к главным воротам. И тут ее ждал неприятный сюрприз — откуда-то из тени деревьев появился Кэл и преградил ей путь.

— Вы никуда не поедете, — заявил он. — Во всяком случае, на этой лошади.

Алекс стиснула зубы, приготовившись на этот раз дать ему настоящий отпор.

— Очевидно, вы находитесь здесь достаточно долго и видели, что я смогла его укротить. Так в чем проблема? Вас возмутило то, что я не послушалась ваших приказаний?

— Я не собираюсь с вами спорить, — спокойно сказал Кэл, однако всю призрачность этого спокойствия отразила игра желваков на его скулах. — Или вы слезете сами, или я стащу вас силой. Выбирайте.

Несмотря на разыгрывающуюся вокруг него конфликтную ситуацию, жеребец почти не проявлял беспокойства. Да он не более опасен, чем шотландский пони! — яростно подумала Алекс, отказываясь признавать тот факт, что именно присутствие Кэла могло производить на жеребца успокоительное воздействие.

— Вы ведете себя, как настоящий Джон Уэйн! — усмехнулась она, продолжая сидеть верхом. — Вам бы надо сниматься в кино!

— Уэйн давно бы скинул вас с лошади и положил поперек колена, чтобы задать хорошую взбучку! Кстати, совсем неплохая идея.

Благоразумие — неотъемлемая часть доблести, напомнила себе Алекс. Если она не может соревноваться с ним в сарказме, то почему бы не свести все к шутке?

— Возможно, мы оба могли бы сниматься в кино, — предположила она. — Я — в качестве взбалмошной героини, вы — как самоуверенный герой. Персонажи еще те!

И она не прогадала: гневный взгляд собеседника заметно повеселел, а твердо очерченные губы невольно растянулись в улыбку.

— Я выступлю именно в качестве такого героя, если вы немедленно не слезете с лошади!

Вот твердолобый упрямец! — подумала Алекс, перенося ногу через круп гнедого и неохотно спрыгивая на землю. После этого осталось лишь вздохнуть и погладить мускулистую шею жеребца.

— Увы, малыш, но нас с тобой разлучили.

— Ради вашего собственного блага, — спокойно заметил Кэл.