Фавориты Фортуны

Один из двух легионов, которые Марий-младший держал в резерве, в полном составе перешел к Сервилию Ватии и спокойно стоял, пока рядом убивали их товарищей.

Последней каплей для Мария-младшего стал вид этих предателей. Вспомнив, что восточнее Сакрипорта находится грозный крепостной город Пренеста, он приказал отступать. Имея теперь перед собой реальную цель, он почувствовал себя лучше, и ему удалось увести свой левый фланг в относительном порядке. Командуя правым флангом Суллы, Офелла стал преследовать Мария-младшего с такой быстротой и напором, что Сулла, видя это с высоты своих позиций, аплодировал ему. На протяжении десяти миль Офелла наскакивал на солдат противника и изматывал их, отрезал отставших и убивал их, пока Марий-младший старался спасти как можно больше своих людей. Но когда наконец огромные ворота Пренесты закрылись за Марием, у того осталось только семь тысяч солдат.

Центральный фронт Мария-младшего был уничтожен почти до последнего человека. Правый фланг, ведомый Агенобарбом, прекратил сражаться и ушел в Норбу. Эта древняя крепость вольсков, фанатично преданных Карбону, располагалась на вершине горы в двадцати милях к юго-западу. Она радостно открыла ворота в своих неприступных стенах, чтобы впустить десять тысяч солдат Агенобарба. Но только не самого Агенобарба! Пожелав своим обессиленным солдатам лучшей доли в будущем, Агенобарб продолжил путь к лежащей на побережье Таррацине и оттуда отплыл в Африку, самое удаленное от Италии место, где он мог спокойно все обдумать.

Не зная, что его старший легат сбежал, Марий-младший был доволен своим убежищем. Сулле будет очень трудно – если вообще возможно – выбить его отсюда. Пренеста раскинулась на высоких отрогах Апеннин. В прошлом, на протяжении уже нескольких столетий, это позволяло городу выдержать многочисленные штурмы. Ни одна армия не могла атаковать его со стороны неприступной горы. И все же с этого направления крепость снабжалась продовольствием, что исключало для осаждающих возможность взять город измором. В самой цитадели имелись родники, а в обширных пустотах под величественным святилищем Фортуны Примигении, которым и славилась Пренеста, хранилось множество медимнов пшеницы, масла, вина и другой непортящейся провизии, например твердые сыры и изюм, а также яблоки и груши прошлогоднего урожая."

"Хотя город мог гордиться латинскими корнями и диалектом, который жители считали древнейшей и самой чистой латынью, Пренеста никогда не была союзницей Рима. Она боролась на стороне италийских союзников во время Италийской войны. До сих пор город дерзко считал свое гражданство выше римского – ведь Рим был выскочкой! Поэтому горячая поддержка Мария-младшего была со стороны Пренесты вполне естественной.