Фортуна благоволит грешным

Надеюсь, вы меня простите, если вам покажется, что я говорю, не глядя вам в лицо? Видите ли, я совершенно слеп. – Бенедикт издал короткий смешок. – Полагаю, Хьюго забыл об этом упомянуть. Он иногда бывает очень забывчив.

– Вы зовете лорда Старлинга просто по имени?.. – изумился викарий. – Хотя… Да-да, конечно. Друг есть друг.

Бенедикту казалось, что преподобный Джон Перри занимал слишком узкое место в пространстве. И, судя по всему, он был довольно высок. К тому же викарий был явно не в своей тарелке. Потому что гость оказался не таким, как он ожидал? Или он всегда так себя вел?

– Э-э… а вы действительно написали книгу? – поинтересовался викарий.

– Я надеялся, что будет книга. Но пока это всего лишь рукопись. Отчет о моих недавних путешествиях по Европе.

– И вы… э-э… написали ее сами?

– Каждую строчку. – Викарий был так растерян, что Бенедикту стало его жаль. – Я использовал специальное приспособление под названием ноктограф. Если хотите, я позже могу вам показать, как оно действует. Ноктограф позволяет писать в полной темноте.

– Маме бы это пригодилось под конец работы, когда свеча догорает, – негромко заметила Шарлотта.

– О, это удивительный прибор. Если миссис Перри любит работать, когда уже темнеет, она может найти его весьма полезным, – сказал Бенедикт. – Она дома? Могу я познакомиться с хозяйкой?

– О да, конечно! – воскликнул викарий. – Только… лучше не беспокоить ее в кабинете.

– Мистер Фрост, моя мать будет счастлива с вами познакомиться, как только поймет, что вы приехали. Но это может произойти не сразу.

И снова Шарлотта пришла ему на помощь. Бенедикт мысленно улыбнулся и вновь заговорил:

– Я прекрасно все понимаю, поскольку дружу с лордом Хьюго. И еще потому, что я вырос при книжном магазине, которым владели мои родители. О, я знаю, каковы ученые… Вспышку вдохновения нельзя прерывать ни при каких обстоятельствах, кроме пожара или наводнения.

– Насчет наводнения не уверена, – заметила Шарлотта. – А пока… Не хотите ли чаю?

– Нет, спасибо. Я основательно подкрепился в «Свинье и пледе».

– А как же ваш багаж? Скоро он прибудет?

– Багаж остался в «Свинье и пледе». Хозяин обещал доставить его еще до обеда.

– Но вы, вероятно, захотите немного освежиться, – сказал викарий. И тут же шепотом обратился к дочери: – Шарлотта, я не знаю, заказала ли твоя мать обед.

– Папа, я об этом позаботилась. Все сделано. Мы обедаем в пять.

Мисс Перри сказала, что редко бывала в доме викария. Но он, Бенедикт, находился здесь всего несколько минут, а уже не мог представить, как ее родители управлялись без нее.

– Мистер Фрост, позвольте проводить вас в вашу комнату, – сказала она.

Викарий издал звук протеста? Или ему показалось? Если и издал, то мисс Перри явно решила поступить по-своему.