Ловушка. Форс-мажор

Опять-таки – той самой, в которой работал Козырев.

– Что, тоже задавили?

– Почему задавили? Сердце.

– Ну, сердце – не криминал.

– А за криминал разговора нет. Просто странная какая-то напасть: за один год в экипаже Козырева сразу два покойника. Согласись, нетипично?

– Согласен. Ситуация нездорова. Это всё?

– Почти. В свое время у Козырева был роман или роман с «грузчицей» из их экипажа. Соответственно, живой свидетельницей всех вышеназванных событий, Полиной Ольховской.

– Если дошло до постели – тогда точно, роман.

– Не знаю, со свечкой не стояли. Так вот, сразу после смерти Нестерова та ушла из наружки, и отношения прекратились.

– Похвально – не видать ренегатам и изменникам нашего богатырского стояка. Благородная сперма – только членам профсоюза грузчиков и такелажников.

– А ушла она, между прочим, к небезызвестному Игорю Михайловичу Ладонину, ныне задержанному по подозрению в краже из Эрмитажа. И до настоящего момента вроде как является его законной сожительницей. Вот теперь всё.

– Прям бразильский сериал «Богатые тоже хочут». В смысле, комиссарского тела… Н-да, а мой Иваныч оказался прав: паренек действительно непростой… Ладно, Денис, спасибо. Ведь можешь, когда захочешь. И без этих твоих выкидонов. Кстати, сколько там натикало?

– Ого! – присвистнул старший. – Пора выдвигаться.

– Не свисти – девок не будет.

– Не боись, будет тебе девка. Как договаривались. На, держи…

– Это, как нетрудно догадаться, номер мобильного телефона. Барышню зовут Жасмин, по паспорту Зоя. Кому как больше нравится. Час назад она согнулась в низком полустарте и ждет твоего трубного зова. Расчетное время прибытия после звонка – семь-восемь минут. Достаточно, чтобы тщательно разжевать таблетку «Виагры».

– Спокуха! Мы и без «Виагры» еще кое-что могём.

– Ну-ну, – усмехнулся старший и, сунув Денису на прощание свою пятерню, вышел из VIP-кабинета. Направляясь к выходу, он зашел в уборную и тщательно вымыл руки. Не то чтобы он был фанатичный гигиенист – просто слишком брезгливо-неприятным оказалось рукопожатие потной мягкой ладошки собеседника.

В половине первого ночи Козырева отпустили. Вернув при этом (фантастика!) и отключенный мобильник, и бумажник. Даже сто двадцать с копейками денег не взяли – побрезговали. Что же до извинений, то на них Паша и не рассчитывал. А вы сами-то где и когда в последний раз видели раскаивающегося мента?…

Козырев вышел из здания отдела милиции и, поспешая, двинулся к Володарскому мосту. Ему надо было успеть перебраться на левый берег, поскольку Володарский разводят на Неве одним из первых. Это знание у любого ленинградца сродни «дважды два четыре».