Ловушка. Форс-мажор

Ну там, физподготовка, спецподготовка и все такое…

– Ты, «очень хороший человек», рассуждаешь, как социалист-теоретик, а я тебе на это отвечу, как юрист-практик, – завелся Виталик, все более распаляясь. – Ни хрена из этой затеи не выйдет.

– Это почему? – ощетинился Козырев.

– Во-первых, миллиона баков на такой проект явно недостаточно. Во-вторых, этот лимон в нашей стране распилят и схавают еще на стадии согласования и предпроектной подготовки. И самое главное – народ в такое подразделение ты просто не наберешь.

– Ответственно заявляешь?

– Более чем. Нет сейчас таких фанатиков. Раньше, возможно, были, а сейчас – извините. Люди устали жить ради других. И теперь хотят немного пожить ради себя и своей семьи. Благо политика партии сегодня позволяет. И вообще… Достал меня уже весь этот базар, – разгорячившись, доцент кафедры права перешел на пацанский жаргон, – я водки хочу и зрелищ! А вашей теософской болтовни мне вполне хватает в Академии. Задрали, честное слово!

В эту минуту на «юбиляра» было страшно смотреть. И то сказать: бухой неврастеник – зрелище не из приятных. Но, как всегда, на помощь пришла женщина.

– Водки и зрелищ для кандидата наук! – пьяно взвизгнула какая-то девка и потащила Виталия на танцпол. Сделала она это очень кстати, к немалому облегчению и Козырева, и Катерины. Той было невыносимо стыдно и за своего приятеля, и за безнадежно испорченный Пашин вечер. Ею испорченный. Надо было как-то спасать ситуацию. Собравшись с духом, Востроилова направилась к Паше объясниться и извиниться. Однако ее немного опередил седовласый мужчина в неправдоподобно белоснежной сорочке от «Гуччи».

– Прошу прощения, Павел. Можно тебя на пару слов?

– Да пожалуйста, – недоуменно пожал плечами Козырев, никак не ожидавший увидеть среди тусовочного молодняка столь почтенного – и по возрасту, и по внешнему виду – господина.

– Я невольно стал свидетелем вашего эмоционального разговора. Ах да, я не представился. Антон Николаевич Воронов, я…

– Точно так. А еще я давний знакомый родителей Виталия.

– Да нет, в данном случае я как раз целиком и полностью на твоей стороне. Покурим?

– Угощайся. – Воронов дружелюбно протянул Паше стильную черно-золотую пачку.

– Спасибо, я свои. Опасаюсь привыкания.

– К хорошему никотину.

– Понимаю. Видишь ли, Павел, слушая тебя, мне показалось, что так рассуждать, так болезненно реагировать на столь непростую тему может только человек, который находился внутри, а не вне системы. Понимаешь, о чем я?

– В общем, мне показалось, что все-таки ты не таксист, а… условно назовем – сотрудник. – Возможно, бывший. Но в любом случае, имеющий некоторое отношение к…

– Вам правильно показалось, – чуть помедлив, признался Козырев.