Форпост

В сфере голографического монитора появился фрагмент звездного окружения. От многих систем к станции ВКС Конфедерации тянулись алые курсовые нити.

Теперь со стороны Рукава Пустоты появилось две зеленых стрелы, обозначившие продвижение ударных флотов Конфедеративного Содружества.

Наконец чудовищная череда изображений остановилась.

Инсект ничего не ответил. Некоторое время от него не исходило никаких мыслей, затем рассудка капитана коснулся вопрос:

Мищенко постарался, как можно четче сформулировать адресованную инсекту мысль:

Это был самый длинный и трудный день во всей карьере командующего базой ВКС.

На информационных экранах пульсировала одна и та же надпись:

«Боевая тревога. Старт группировки немедленного реагирования через десять минут бортового времени».

Капитан Мищенко, перепоручив Главу Семьи заботам мнемоников, коротко распорядился:

- Объясните ему, что флот должен находиться на месте до тех пор, пока мы не эвакуируем людей с его планеты.

Минутой позже, шагая к шлюзовой камере, за которой в вакуум-доке был пришвартован фрегат «Апостол», Сергей Дмитриевич думал лишь об одном:

Атака потрепанного серв-соединения развивалась стремительнее, чем ожидал Даггер.

Несколько выпущенных разведзондов, прежде чем их сбили зенитные комплексы «Хоплитов» успели передать столь необходимую в данный момент информацию относительно численности и приблизительной оценке технического состояния машин противника.

К превратившейся в руины базе РТВ двигалось пять «Фалангеров» при поддержке девяти легких серв-машин. Вслед им, растянувшись цепью, преодолевали топкие низменности шесть БМК, с подразделениями андроидов пехотной поддержки на борту. Две зафиксированные на флангах сигнатуры указывали на продвижение БПМ, лишившихся в результате ракетного удара своего главного вооружения - генераторов короткоживущей плазмы.

Количественное неравенство сил сохранялось, но степень повреждений атакующих уравнивало шансы.

Три «Хоплита», пережидавшие обстрел за периметром базы, уже подтянулись к руинам, неясным оставалось положение Дорохова, - поврежденный штурмовик приближался, постоянно подвергаясь обстрелу со стороны преследующих его легких серв-машин.

Как Ивану удавалось удерживать «Гепард» от падения, оставалось только гадать. Данные телеметрии свидетельствовали, что большинство автоматических систем пилотирования отключились в результате критических повреждений, и штурмовик идет на ручном управлении.

Вольно или невольно штурмовик Дорохова сыграл роль дополнительной приманки: близкая цель фиксировалась сенсорами серв-машин, вынуждая их действовать, одновременно продвигаясь в выгодном для плана Даггера направлении.

Однако Хейд не строил иллюзий.