Формула одиночества

Впечатление испортил острый язычок, которым Сабрина прошлась по ярко накрашенным губам. – Я не забыла ни словечка из нашего разговора, Арсен. А вот вы забыли, что меня зовут Сабрина.

– Я все отлично помню, но мне больше нравится Светлана. Хорошее русское имя. – Глаза Арсена сердито сверкнули. – Почему вы все-таки появились в этом... неглиже?

– Это купальник, – обиженно надула губки Сабрина. – Тут пять минут до пляжа.

– И все же я советую вам натянуть что-нибудь на себя. Придете на пляж, там и разденетесь. Пять минут погоды не сделают.

– Просто шариат какой-то! Дикий Восток! – проворчала Сабрина. И повела носом. – Чем-то вкусненьким пахнет.

– Мацони? Хачапур? – Игорь жестом показал ей на стул. – Присаживайтесь, угощайтесь чем бог послал.

– Ой, мне бы чего-нибудь полегче. – Сабрина кокетливо улыбнулась и опустилась на стул рядом с Игорем. – Может, у вас йогурт есть? Или салатик из капусты?

Катя поджала губы. Марина заметила, как они обменялись с Анжелой быстрыми взглядами.

– Йогурт не держим, – холодно сообщила Анжела, – а капусту Катя сейчас приготовит.

– Капуста? Какая, на хрен, капуста? Ты что, на выпас сюда приехала? – возмутился Игорь. – Нужно есть мясо! Шашлыки-машлыки, котлеты, курицу, копченое мясо. От капусты только титьки растут.

Удивительное дело, но Сабрина покраснела и прикрыла верхнюю часть груди ладошкой.

– Ой, мужчина, вы опасно шутите! Куда же больше?

Женщины переглянулись и рассмеялись. Игорь хмыкнул и отодвинул от себя тарелку.

– Спасибо всем за компанию, – и посмотрел на Арсена. – Что ты хочешь, хаща? Пошли, поговорим!

Марина вышла следом. Арсен оглянулся.

– Анжела, свари мне кофе, пожалуйста! – и, заметив, что Марина направилась к калитке, спросил: – Ты на море?

– На море, – сухо ответила она.

Арсен замедлил шаг.

– Может, подождешь меня?

– Ты еще не подмел двор, – надменно произнесла Марина, – а я хочу сходить на море, пока не наступила жара.

– Было бы предложено, – скривился Арсен и развел руками. – Насильно мил не будешь... – И, не оглядываясь, направился под навес, где располагалось кафе.

А она пошла на море. Несмотря на бессонную, по сути, ночь, Марина чувствовала себя прекрасно. Заросли, сквозь которые вела ее тропинка, уже не казались глухими и страшными, тем более что за ней увязались собаки Грей и Микки, которые рыскали по кустам, вспугивали птичек и прочую мелкую живность. Однажды дорогу ей перебежала ящерица, а затем на ее плечо села бабочка... Все вокруг цвело и благоухало. Пахло мятой и медом. Она миновала пустырь, заросший цветущей ежевикой. Здесь солнце палило неимоверно, но под огромными чинарами, которые раскинули свои ветви над тропой, было сумрачно и прохладно.

Теперь Марину ничто не раздражало.