Форк 1941

Главным, пожалуй, всё же, было первое направление. И, если украинские чернозёмы и донбасский уголь рассматривались верхушкой Германии как важнейшие экономические «призы» блицкрига вермахта на территории Советской Украины, то прорыв (и последующий штурм) столицы СССР – наносил ему основной тяжкий удар. От которого, как считали германские стратеги (и сам вождь германской нации А.Г.), Советский Союз не оправится.

Да, «Барбаросса» столкнулась со значительном большим числом препятствий, да, потери были необычайно высоки, но сокрушение СССР оправдывало все затраты.

Высшее руководство Германии к осени было убеждено, что Союз капитулировать после падения Москвы, скорее всего не будет – из-за своего упрямства, надежд на зиму, на расстояния, на уральский и западно-сибирский промышленные регионы, на помощь англосаксов, не будет. Однако захват Москвы виделся в Берлине этаким «святым Граалем», который будет определять дальнейший ход войны на востоке.

Пойдёт ли СССР на сепаратный мир, сохранив территории за АА-линией (Архангельск-Астрахань), или будет добит в 1942, с разделом с Японией Сибири по Енисею, сие откладывалось «на после».

Окончательный итог летне-осенней кампании решился в этих двух сражениях.

Остатки советского первого стратегического эшелона, проигравшего приграничные сражения, но взявшие с немцев за эту победу намного большую (чем в «тот раз») цену, вместе с войсками второго стратегического эшелона, чьё выдвижение из внутренних округов было проведено в «этот раз» вовремя и в полном объёме, смогли остановить германские силы на линии Валга-Остров-Великие Луки-Духовщина-Катынь-Рославль-Гомель-Конотоп-Миргород-Черкассы-Умань-Кишинёв-Аккерман.

В отличие от «того раза» вермахта понёс такие потери, что в ноябре он мог наступать, только теряя больше, чем РККА. Осознание этого факта и поражение в сражении за Смоленск руководством Германии перевело войну к зиме 1941 года на позиционные рельсы.

Как не желал иного Адольф Гитлер, как не страшились руководство вермахта окопного позиционного тупика и «русской зимы», последствий затягивания войны, иного выхода у Германии не было…

1941-й сделал фактами и поставил на промышленную основу множество сторон того ужаса, который явила «этой» и «той» Земле гитлеровская Германия. «Стабильно» начали работать лагеря смерти для «низших рас». Началось применение «Циклона-Б» в Освенциме. Советские военнопленные, другие узники – евреи, цыгане, просто больные, неспособные работать «на благо Рейха» стали первыми, но не последними жертвами этого и других способов быстрых и массовых убийств.

Знавшие же «что к чему» в СССР были бессильны что-либо сделать в этой ситуации.