Форк 1941

Немецкие «четвёрки» из состава 7-й танковой дивизии, которые бросил после авиабомбардировки в последнюю отчаянную атаку командир той Хан фон Функ, старавшийся переломить ход мучительно тяжёлого сражения, в котором каждая атака приносила всё новые и новые потери, проиграли более мощным и тяжёлым советским соперникам, защищённым тяжелой бронёй. Именно тут сказал своё веское решающее слово последний резерв мехкорпуса – батальон из 32 КВ-1 2-й танковой, сберегавшийся на этот случай Солянкиным по указанию Ерёменко.

7-я и 20-я танковые дивизии вермахта, потерявшие первые танки (безвозвратно десяток и пригодным к среднему ремонту около тридцати) ещё в боях с советскими стрелковыми дивизиями на границе, тем не менее в сражение вошли грозной и опытной силой. Но, фактически, они проиграли «в этот раз» сражение за мосты Алитуса советским 2-й и 5-й танковой. Из боя Функ вывел лишь треть личного состава и меньше 100 танков. Суммарно около 170 (из которых больше половины – безвозвратно) было потеряно на границе и в танковой битве перед Алитусом. В 20-й танковой Хорста Штумпфа положение было не лучшим.

По потерям это сражение прошло «вничью». Но в стратегическом отношении, как стало ясно Солянкину значительно позже, итог сражения за Алитусские мосты был большой победой.

Многообещающая цель – прорыв «над» севером Белостокского выступа, о которой говорилось командующим 3-й танковой группой Готом, не была достигнута. Вермахту, в последующие дни пришлось, подтянув резервы, медленно и с большими потерями продавливать оборону большевиков по всем правилам военного искусства.

Немцы, по итогам сражения около Алитуса, понесли большие потери в тех частях, которые шли на острие наступления и не смогли осуществить поворот на Минск. 3-я танковая группа, в «тот раз» замыкавшая с севера окружение «белостокского мешка», в котором безвозвратные потери РККА достигли трёхсот пятидесяти тысяч человек погибшими, пленными и пропавшими без вести, «в этот раз» цели своей не достигла.

ГА «Центр» ныне медленно, с кровавыми боями так и ползла к Минску. Как и ГА «Север» – по земле Советской Прибалтики…

Свой вклад в это, помимо предупреждения попаданца, его книжек и журналов из «худшего варианта будущего», деятельности осведомлённого руководства СССР в целом и РККА в частности, внесла (именно на поле боя) и 2-я танковая дивизия комдива Солянкина.

Да и жив «в этот раз» остался, завершив войну командиром танковой армии. Одной из тех четырёх армий РККА, что образовали в финале войны карантинную зону вокруг поражённого тремя атомными ударами Берлина…

Намеченный блицкриг во многих местах в «этом сорок первом» сбоил.