Фокус

— Это просто телефон, — я откладываю его в сторону, тянусь за чашкой с мокаччино и с наслаждением снимаю ложкой пушистую, посыпанную орехами пену.

— Ты с ним не расстаешься целый день, и, знаешь, дорогая, улыбка у тебя очень говорящая.

— Говорящая о чем? — Валяю дурака, нарочно игнорируя попытки разузнать, что происходит.

— О том, что у тебя там не просто деловая переписка.

— Ты все равно не можешь знать этого наверняка, а я все равно не признаюсь.

У меня есть пара «пунктиков» в дополнение к тому, что я боюсь терять людей, которым отдала кусочек своего сердца. И один из них «пунктиков» — я никого не пускаю в свою жизнь. Никогда и ни под каким предлогом. Даже если, как сейчас, очень хочется поделиться тем, что в моей обыденной жизни появилось что-то… волшебное. Что-то настолько теплое и светлое, настолько большое, что моей груди недостаточно, чтобы удержать это внутри.

— Надеюсь, ты не помирилась с Костей? — не уступает Наташа.

Я кривлюсь от звука его имени. Кто бы подумал, что настанет день — и его прекрасный образ, который с годами стал еще лучше, перестанет вызывать во мне трепет. Он станет просто пустышкой-погремушкой, которая настырно достает меня ежедневными сообщениями, звонками и попытками встретиться за пределами моей квартиры, куда ему путь заказан.

Потому что мои мысли заняты совсем другим человеком.

Даже если это безумно и немного наивно, но я чувствую себя не_свободной женщиной. Я чувствую, что принадлежу одному определенному мужчине, хоть мы никогда не обсуждали ничего и близко похожего. Кажется, хоть я и «милая эльфенка», у моего Фенека нет ни малейшего желания хотя бы виртуально со мной пофлиртовать. И это немного… огорчает.

Хотя нет, это просто убивает.

— Он продолжает всем рассказывать, что еще чуть-чуть — и ты сдашься.

Есть один плюс жизни в маленьком городке — мы все друг у друга на виду. Правда, это же и жирный минус. Противно знать, что, пока я раз за разом грубо отбриваю все ухаживания, он сочиняет небылицы. Вроде тридцатник с хвостом, а повадки «обиженки».

— Пусть рассказывает, что угодно. — Я закрываю пластиковый стакан крышкой, поднимаюсь — и Наташа недовольно вскидывает брови.

— Уже бежишь? Только встретились!

— У меня куча дел, прости. — Наспех, одной рукой, обвязываю шарф вокруг шеи, поправляю съехавшие на кончик носа очки и бегу до двери. Но все же — не выдерживаю. Поворачиваюсь и громким шепотом кричу: — И у меня сегодня свидание!

Теперь она точно с живой с меня не слезет.

Я успеваю забежать в кинотеатр за пятнадцать минут до начала сеанса и с ужасом смотрю на длинную очередь к автомату с попокорном.