Фокус

Просто это заняло бы кучу времени, которого мы и так потеряли слишком много.

И пока она признается в любви, я не могу отделаться от мысли, что смотрю «оживший» мультфильм «Подарок для самого сильного». И от самый отважный заяц, колотящий себя в грудь, вот-вот грохнется в обморок. Если честно, то циник во мне просто орет благим матом: «Женщина, зачем все так усложнять? Просто скажи. Что любишь меня и не хочешь быть боевой подругой — я все пойму». А потом вспоминаю, что однажды она уже призналась, а я струсил, сделал вид, что недопонял. Так что еще нужно разобраться, что из нас Храбрый портняжка: я или эта испуганная зайка.

— Я прочитал твою книгу, Йори.

Она хлопает ресницами, задерживает дыхание, как будто я признался, что как минимум взломал ее банковский счет. Прилипает губами к чашке, и в тишине зимнего вечера я слышу цокот ее зубов.

— Ты нее мог ее прочитать, она еще незакончена. Осталась пара глав.

— Я надеюсь, что ты допишешь их рядом со своим «самым важным «А».

Мечтательница медленно поднимает голову, и на мгновение ее лицо теряется в облачке пара изо рта. Я пользуюсь моментом, чтобы сделать пару шагов навстречу, но выдерживаю дистанцию. Совершенно очевидно, что нас, как разнополярные магниты, тянет друг к другу, и если я подойду на расстояние руки, то просто затрахаю поцелуями эти искусанные от волнения губы, а для начала нужно все же поговорить.

— Еще я надеюсь, что твой Важный «А» не останется безликим образом и ты дашь ему право написать послесловие собственной рукой. И, — задираю рукав свитера, обнажая свою татуировку до самых кончиков ушей, — показать твоим читательницам, что их чокнутая выдумщица нашла своего Фенека. И даже умудрилась его приручить.

— Ты правда хочешь написать послесловие? — У нее такой ошарашенный вид, как будто я предложил слетать на луну. — И даже… показать лисий нос?

— Да… и да. — Подражая ей, загибаю пальцы.

Йори всхлипывает, безуспешно пытается спрятать лицо в петлях шарфа, но я оказываюсь рядом раньше, и успеваю обнять ее щеки ладонями. Она горячая, как печка. Или это у меня слишком холодные руки? Какая же все-таки коротышка, поднимается на носочки, чтобы быть ближе, чтобы ткнуться носом в мою колючую щеку.

Чашка выскальзывает из ее рук, валится на землю между нами и мне не нужно опускать взгляд, чтобы понять: большая часть фирменного бабушкиного чая на моих штанинах. Да и по фигу.

— Все, что захочешь, невозможный мужчина, — шепчет Йори, доверчиво сжимаю в кулаках мой свитер.

— Мне нравится, как это звучит, женщина, — мрачно ухмыляюсь я. — Учти, что ты связалась с совсем не благородным мужчиной, и он обязательно воспользуется опрометчивым обещанием в самых корыстных целях.

— Угу, — часто кивает она.