Флэшбэк

Одна была достаточно низкой, чтобы Софи увидела что-то плоское и блестящее на конце… зеркало, может быть? Или, может быть, солнечная панель?

Последнее казалось более вероятным, когда мистер Форкл добавил:

— Солнечный свет — единственный источник тепла, который Тинкер допускает… и только в небольших дозах. Она предпочитает холод.

Она должна, если хочет жить там, где деревья закрывают большую часть света. От тумана водопада все вокруг становилось влажным и зябким, но Софи это не смущало. После стольких дней, проведенных в помещении, было удивительно чувствовать ветер на коже и вдыхать запах сосны и влажной земли.

— Полагаю, есть причина, по которой она не фанатка огня, — сказала Софи, отбрасывая косу с плеча.

— Всегда есть причина. — Но какова бы ни была эта история, мистер Форкл ее не рассказал.

Декс побрел к одному из деревьев, положив ладонь на медную извивающуюся трубу.

— Удивительно, как она все это связала.

— Я так и думал, что это произведет на тебя впечатление, — сказал мистер Форкл, откидываясь на спинку стула, чтобы полюбоваться видом. — Уиджетмур — создание мозга Тинкер. Сначала это может показаться хаосом, но у всего есть цель. Нет ничего чисто эстетического. И эксцентричность делает все еще более блестящим.

— Тинкер — ее кодовое имя? — уточнила Софи.

— Так все и началось. Но оно ей так идет, что она решила, что предпочитает его. Я не верю, что она использовала свое настоящее имя годами. То же самое касается ее маскировки, без которой я ее еще не видел.

Декс нахмурился.

— Значит ли это, что перед тем, как присоединиться к Черному Лебедю, она уже замаскировалась?

— Нет, это значит, что не я ее завербовал. Призрак обнаружил ее, но она не хотела присоединяться к нашему делу, не зная о нас больше, поэтому попросила его сохранить ее личность в тайне и организовать встречу с остальной частью Коллектива… и она появилась на этой встрече в том же обличье, в котором будет сегодня.

— Она все еще не доверяет тебе? — спросила Софи.

— Нет, это уже в прошлом. Маскировка нужна не только для маскировки, но и для пользы дела. Ты поймешь, что я имею в виду. Но сначала, возможно, захочешь заткнуть уши. Сейчас будет очень громко.

Софи могла только прикрыть левое ухо, благодаря перевязи, поэтому она наклонила голову, чтобы прижать правое ухо к плечу, и это было хорошо, потому что, когда все пять рук на башне повернулись вперед, низкие колокола загудели в воздухе, достаточно громко, чтобы сосновые иголки посыпались вокруг них дождем.

БУУУУУУУУУУ!

БУУУУУУУУУУ!

БУУУУУУУУУУ!

БУУУУУУУУУУ!

БУУУУУУУУУУ!

— Это время? — спросила Софи, когда на поляне вновь повисла тишина… стало очень-очень тихо.