Флэшбэк

 — Сегодня ты получишь мой блестящий урок и конфеты!

Он разорвал коробку, выудил из нее крошечный мешочек и бросил в руку булавку.

— Круто… Преттельз Кракена! Я всегда хотел такой! — Он поднял крошечную копию гигантского морского чудовища. — Помнишь, как Черный Лебедь заставил нас прыгнуть в океан, и кракен захотел нас съесть?

— Трудно забыть, — сказала Софи. — А булавку можешь оставить себе.

— Э-э-э, она твоя.

— Но ты ее хочешь.

— И я хочу, чтобы она была у тебя! Как насчет того, чтобы назвать ее нашей? Мы назовем его Краки, и он сможет жить прямо здесь. — Он указал на повязку на ее правой руке. — Таким образом, Краки сможет защитить тебя от эха, хотя тебе и не нужна защита. Он будет прикрывать тебе спину.

Софи не поняла, почему ее голос прозвучал так хрипло, когда она сказала:

— Хорошо, когда тебе прикрывают спину.

— Так и есть. — Его улыбка смягчилась, и щеки Софи вспыхнули. И сердце, казалось, ушло в пятки, когда он наклонился и осторожно прижал Краки к тыльной стороне ее ладони, прямо в центре.

Когда он закончил, его ладонь легла на ее, и она почувствовала, что он чего-то не договаривает. Но затем его взгляд скользнул мимо нее и остановился на Фитце, прежде чем он перевел взгляд на Элвина.

— Не мог бы ты принести ведро ледяной воды для сегодняшнего урока? — спросил он, выпрямляясь и откашливаясь. — Обещаю не выливать его на голову Фостер, если она сама этого не захочет.

Элвин вздохнул и направился в секцию алхимии Лечебного Центра.

— Почему у меня такое чувство, что я об этом пожалею?

— Ты этого не сделаешь! — заверил его Киф. — Мы работаем над регулированием температуры тела.

Софи застонала.

День, когда они практиковались в Эксиллиуме, был долгим, жарким и очень, очень потным. А учитывая большой серебряный таз с ледяной водой, который Элвин поставил на соседнюю койку, казалось, что в будущем ее будет трясти от холода.

— Ты уверен, что не хочешь поработать над чем-нибудь еще? — попыталась она.

— Уверен. Знаю, это кажется бессмысленным навыком, когда впервые думаешь об этом: «почему я не могу просто надеть более теплый плащ или закатать рукава?». Но держу пари, если бы мы все овладели этим до засады на Эвересте, моя мама не сбежала бы. И Альвар сказал мне, что это единственная причина, по которой он не умер, когда Брант запер его в комнате, полной огня, чтобы наказать. Вот почему он заставлял меня практиковаться в этом в течение нескольких минут каждый день, наряду с подавлением аппетита, контролем дыхания и видением в темноте. Он называл их нашими инстинктами выживания.

Они оба смотрели на воду, наблюдая, как кружится лед, пока Киф не прошептал слова, которые они оба думали.

— Мне давно следовало научить тебя этому.