Фэнтези 2006

Щенок. Глупец, — без всякого выражения произнес волшебник. — Делай то, зачем пришел. Ну же! Все?.. Нет?.. Спекся?

Он принялся открывать ящики стола. Один, другой, третий… Наконец достал хрустальный шар. Небрежное движение — и хрусталь наполнился огнем и движением. Отблеск пожаров, грязные балахоны мортусов… Мелькнуло лицо девушки — бледное, в чумных язвах.

— Ее уже ничто не спасет. Ты можешь только убить чуму. Расправиться с Селью. Ну?!..

— Март, не надо!

Гинас выпрямился:

— Да, господин волшебник! Вы правы. Я… я вновь вызываю вас.

— Вперед! Оружие?

— На ваше усмотрение!

— Хорошо. Тогда — шпаги. Драться будем снаружи. В Бубонной Сели.

Майка зажала рот руками, чтобы не вскрикнуть.

— Прости, любимая, — обернулся к ней Март. — Я обещал тебе сказку. Но не знал, что она получится такой страшной. Заигрался я… Разлакомился. Эх, милая! За хорошую историю и жизнь отдать не жалко. Идем, Гинас. Я болтаю, а тебе каждая секунда дорога.

За дверью, украшенной витражами, начиналась Бубонная Сель. Мили и мили оскверненной земли, земли во власти порчи. Сизый мох, похожий на старушечьи волосы. Кровавые капли ягод. А еще над Селью стелился туман — опаляющий, как лихорадка.

Земля была беременна чумой. Она щедро дарила свои поцелуи живущим на ней людям. Поцелуи эти расцветали на лицах розовыми язвами. Мор ширился. Искаженные животные бродили по Сели, словно насмешка над замыслом Творца.

Майка сжалась в комок, сидя в разноцветной тени витражей. Многие двери открылись перед ней сегодня. Многие, но сил, чтобы открыть последнюю и выйти в Бубонную Сель, не оставалось.

«Господи, — взмолилась она. — Там Март. Он будет драться с этим мальчиком. Я видела его глаза. С такими глазами человек совершает подвиги. Разрушает города, убивает чудовищ… А ведь Март не чудовище, я знаю! Я боюсь за него, Господи! Сделай так, чтобы он вернулся ко мне. Пусть искалеченный, но живой. Молю Тебя!»

Молитва не приносила успокоения. Мысли Майки пошли на новый круг:

«Я ведь чуть-чуть понимаю в волшебстве… Чтобы создать Бубонную Сель, нужно чудовищное напряжение воли. А чтобы удерживать ее, надо о ней постоянно помнить. Пусть он только оглушит его. Ранит. Пусть беспамятство! Я выхожу. Только не убивай Марта! Гинас, молю тебя!»

В памяти Майки отворялись двери. Сама собой вспомнилась их первая встреча с Мартом. За ней последовали другие воспоминания…

…Март всегда был чуточку фанфароном. Гинас верно это подметил. А Майку это возмущало и влекло одновременно. Его насмешливая сила, его презрение к слабакам, особенно тем, которые прикрывают свою беспомощность красивыми словами. Вельможа, вздумавший распускать о Марте грязные слухи, подавился собственным языком. Придворный собиратель сплетен защемил нос в панели подземного хода, подглядывая за волшебником.